Маркетолог из него неважный.
А зачем тогда он нам завез
Этот праздник смелых и отважных?
Разве не затем, чтоб отмывать
Полунелегальные финансы,
Чтоб продукт ловчее продвигать
В кем-то оболваненные массы?
Это ж сколько денег не вложить,
Скольким миллионам не отмыться,
Если оборвется эта нить,
Что связала нас и олимпийцев!
Встанет олимпийский комитет
С шляпами дырявыми на паперть,
Это ж миллионы человек
Не получат вовремя зарплаты.
Эдак не продастся ничего,
Даже олимпийские гондоны!
На закат престижа своего
Со слезою взглянут чемпионы.
В поисках рифмы
Я без опаски наклонюсь
Поднять полпригоршни алмазов,
Таких нелепо-несуразных,
Что сам, наверно, рассмеюсь.
Они кусочками стекла
Лежат под нашими ногами…
Полезен может быть и камень,
Когда поднять его смогла
Рука шкодливого мальца
Чтоб кинуть в чью-нибудь витрину
Или в соседки толстой спину,
На горе бедного отца…
А что алмазы? Никому
Они не кажутся богатством.
Украсть не будет святотатством,
За это не сведут в тюрьму.
И впрямь, попробуй отнеси
Алмаз пройдохе-ювелиру —
Он опозорит и по миру
Отправит, господи-спаси.
Что остается? Пнуть ногой
Такое не-приобретенье?
Пускай играют светотени
Как прежде вровень с мостовой?
Нет, я попробую постичь
Секрет огранки бриллиантов,
Вдруг да среди моих талантов
Найдется и такая дичь!
Я без опаски подниму
Слова, безликие как камень,
Я попытаюсь их поправить,
И хоть себя не обману.
Ноев экспресс
Мы пассажиры Ноева Экспресса,
Мне очень повезло попасть в вагон!
По паре каждой твари, пиво, пресса…
И рвется под колеса перегон.
Как много здесь достойнейших и честных.
Элита, генофонд родной страны
Спасен от бед жемчужиной прогресса —
Мы так стране моей сейчас нужны.
Вот только я не жмурюсь от восторга,
Какой-то червь забыться не дает.
И гложет мою радость понемногу,
И пиво не течет в иссохший рот.
Так почему в преддверии потопа
Нет счастия в душе моей больной?
Уйдет на дно несчастная Европа,
Мы будем на плаву как древний Ной.
Наш поезд, рассекая гордо волны…
А вот и тот тревожащий момент!
Не приспособлен поезд для потопа,
И неуместен, кажется, банкет.
Нафига эта юность?
Ты вертелась юлой, ты стекала в ладони,
Мы с тобой, улетая, хрипели как кони.
Нас Высоцкий просил не спешить к нашей цели,
Только медленно жить мы еще не умели.
Ты кончалась быстрей, чем наличность в кармане,
Я вонзался в тебя в окровавленной ванне.
Я ловил твой оргазм алюминевой ложкой.
Жаль, что выскреб до дна, подобрал всё до крошки…
Я любил и влюблялся, я писал им сонеты,
Наслаждался, как дети наслаждаются летом.
Ужасался узлам появлявшихся трещин —
Я любил их, но позже я жалел этих женщин…
Былина
В городе во Муроме тихо было вроде бы,