Окатив меня жемчугами:
— А давайте купаться вместе,
Только чур ни полслова маме!
Сколько можно моих желаний
Загадать золотому чуду?
Конопатая, не пугайся!
Я тебя торопить не буду.
Не начну умолять слезливо,
Просижу с тобой хоть до ночи.
Говори со мной, золотая!
Не стесняйся. Чего ты хочешь?
Тульский кремль
А мне вот ближе Тульский кремль, что защищал Москву когда-то.
Не вензелями, не фасадом, а прочностью квадрата стен.
Щит строевой на редкость прост без выкрутас, предельно прочен.
Шипами башен оторочен, ответ на тысячи угроз.
Воздвигнут был не напоказ, держа границу с гуляй-полем.
Кирпичный пласт державной воли спасал от бед страну не раз…
На юг чуть больше сотни верст до Тулы от Москвы-столицы.
И были так тесны границы, и столько в небе было звезд…
И отраженьем звезд в ночи костры кочевников степные.
Что обложили всю Россию, как стаи черной саранчи.
Полтысячи минуло лет, а кремль с иголочки, как прежде,
Как витязь в каменных одеждах. И ржавчины на латах нет…
Семьдесят грамм
Девочка милая, что ты наделала!
Ты ж проглотила кусок хлеба белого!
В нем же калории, ты же поправишься,
Будут подруги с презреньем таращиться!
Это неправильно,
Типа немыслимо!
Ты же почти что
Продукто-зависима!
Джинсы твои не сойдутся на талии,
Те, что мужчинка привез из Италии.
Лопнет стекло на весах — ты чудовище!
Семьдесят грамм, прибавление то еще…
Это неправильно,
Просто немыслимо!
Ты несомненно
Продукто-зависима!
Ты же была типа штучка столичная,
Стройная, ладная, анорексичная!
Надо ли было так булкой калечиться?
Семьдесят грамм — это точно не лечится!
Это неправильно!
Это не лечится!
Ты не подруга нам,
Ты как буфетчица!
Быдло среди нас
Как в нашем мире непросто стало,
Сплошное быдло, уже достало!
Как бабуины, сплошь бескультурье.
Еще раз встречу — убью, в натуре!
Бывает быдло под маскировкой —
Такому в челюсть дашь монтировкой,
И шпарит матом — видна натура!
Кричишь как быдло, а где культура?
Узнайте быдло в любой личине,
Не важно — бабка, дитя, мужчина…
Не уступило в трамвае место?
Хреначим битой — и быдло в тесто!
Увидишь быдло — ударь в хлебало!
Пошел на принцип — быдлА не стало.
А можно быдлу насрать под двери,
Чтоб знал, что быдло — а то не верит!
Так не бывает никогда
Был воздух в доме на любви замешан густо,
Мешало кресло и диван, мешала люстра.
Нам было тесно на полу и на постели,
Огромный мир был заключен в прекрасном теле.
За дверью проходили дни, текли недели,
Мы забывались кратким сном и что-то ели.
Под стол уполз магнитофон и каждый слышал
Как музыку рождает дождь, стуча по крышам.
Мы жгли себя как на костре в горячих ласках.
Не успевая быть нежней, любили наспех.