Нора старательно слушала повествование сокурсника, но представляла себе, какие трудные годы его ждут. Взгляд скользил по узким плечам, хрупкому телу, встревоженному лицу: как же Бартоломео не похож на других хирургов, которых она знала. Кому пришло в голову изо всех университетских специальностей выбрать для него медицину? Нора мысленно с укором покачала головой в адрес неизвестного умника и улыбнулась Поцци, побуждая его продолжать. Ему хотелось выговориться, а ей было в радость слушать его излияния.
Глава 23
– Еще один случай сепсиса, – пробормотал профессор Вентуроли небольшой группе студентов, когда они подошли к следующему пациенту. Как всегда, врач старался, чтобы пациент его не слышал: зачем обременять больных печальной правдой? Нора узнала пациента, пожилого мужчину, которому удалили болезненный карбункул сбоку на колене. Она давала ему эфир. – Можно нам взглянуть на место вашей операции, синьор Гаццола? – спросил профессор Вентуроли и принялся дружелюбно болтать с пациентом, пока откидывал простыни и снимал повязку. А вот к чему Нора была совсем не готова, так это к виду красной полосы вдоль большой подкожной вены, словно нарисованной румянами. Один из студентов прикоснулся к полосе, но Нора уже знала, какова она на ощупь: горячая, набухшая, но не такая затвердевшая, как при флебите. Поцци рядом расправил плечи и покрутил лопатками, словно разминая ноющие мышцы и пытаясь глянуть поверх головы Сагезе.
Вентуроли дал им всем возможность хорошенько рассмотреть место операции, а потом, подбодрив напоследок синьора Гаццолу, увел группу, чтобы посовещаться.
– Итак, синьор Поцци, – обратился профессор, и Бартоломео резко выпрямился. – Какой диагноз поставите и лечение пропишете?
Юноша сглотнул и переступил с ноги на ногу.
– Сепсис, без сомнения. Поражена подколенная вена…
Нора зажмурилась, отчаянно желая, чтобы он исправился.
– Да нет же, очаг инфекции локализуется ближе к коленной чашечке, – озабоченно нахмурился Вентуроли. – Большая подкожная вена. Она идет к сердцу. Как думаете, что нам следует делать?
Поцци покраснел, взгляд стал чуть рассеянным. Он явно нервничал, и это было странно. Несколько месяцев назад он мог бы так себя вести, но не сейчас.
– Ногу нужно ампутировать, пока инфекция не добралась до тазобедренного сустава, – ответил юноша, и Нора затаила дыхание.
А потом инстинктивно потрогала тыльной стороной ладони лоб Поцци. Ее странное движение заставило Вентуроли замолчать, а одного из студентов – сердито зыркнуть на нее.
– Да он весь горит, причем явно не от смущения и не оттого, что в палате жарко, – встревоженно произнесла Нора.