Гуди же тем временем переварил мои слова и, не став поднимать бучу, ответил:

— Второй раз ты, парень, по пути домой с касатками в бой вступаешь, второй раз пленных приводишь сюда. Но теперь ещё и с эльфами эта история. Понимать должен, что мелочей тут нет и быть не может.

Мне пришлось приложить не самое слабое усилие, чтобы удержать лицо, всё-таки этот тип со стойким нордическим характером почти процитировал «Семнадцать мгновений весны». Тем более что у него даже во внешности кое-какие общие черты с Тихоновым были. Однако через секунду я всё же ответил:

— Понимаю, иначе бы вспылил сильно раньше. Всё-таки отбился от нападения недружественного клана, живых пленных взял, включая ушастую, не перетопив там всех по-тихому. А ты из меня подробности трясёшь, будто я что-то плохое сделал.

— Это ты, конечно, молодец, — фыркнул седовласый. — Только лучше бы опять от них утёк. Не вовремя сейчас всё это.

— Ага, а они бы потом в Ландсби заглянули с огнём и мечом, — не удержался от сарказма я.

— Сомневаюсь, что посмели бы. Одно дело в море драку устроить и концы в воду опустить, другое — на берегу что-то подобное сделать.

— А я не сомневаюсь, что Сигурд не отправил бы пару сотен дружинников в мой дом, кормя их за свой счёт, а пределы безрассудства касаток проверять не хочу. Запасной семьи у меня как-то не случилось.

— Оставим, я тут не для того, чтобы тебя в чём-то переубеждать, — махнул Гуди рукой. — С пленными и трофеями что?

— По-хорошему бы их всех тут прям у причала на колья пересажать, ну или хотя бы их головы. Чтоб каждая собака знала, чем кончаются попытки тявкать на медведей, — с нескрываемой злостью проговорил я.

— Лет двести назад так бы и следовало сделать, но те времена прошли, — твёрдо ответил собеседник. — Тебя не поймут ни в дворце Берна, ни в столице.

— Вот я и говорю, по-хорошему бы, а придётся почти как в прошлый раз, — посетовал я.

— Подаришь Сигурду? — прищурился хускарл с сомнением.

— Если второй раз от выкупа откажусь, меня собственный хирд не поймёт, так что подарков не будет, — отозвался я с ухмылкой. — Вычтите за казематы, жрачку и охрану касаток, но остальное моим родичам в Ландсби передайте. Если, конечно, сюда из Викры сейчас какой-нибудь хускарл Великого Конунга за преступниками не примчится. Трофеи же через здешних белых медведей продам.

— Можем сами этим заняться, — сообщил собеседник.

— Доля? — приподнял бровь уже я.

— Десятина.

— Пойдёт, — кивнул я. — Соглашусь даже девятую отдать, если казна конунга у меня выкупит всё вместе с драккарами.

— Это можно, оценщика к вечеру пришлю, — хмыкнул хускарл. — Себе корабли-то оставить не хочешь?