Кайла о той соседской девочке. Неужели Уордлоу знал? Или мой отец все скрыл от него, но Саурон догадывался об этом? И почему я ничего не помню об этом? И все же мое первое впечатление о Шейринге оказалось верным. Этот городок скрывал слишком много тайн, и мне это очень не нравилось. Элли, мне казалось, оттаяла… И теперь больше напоминала мне добрую бабушку, которая печется над внучкой. По крайней мере завтрак, приготовленный старушкой, был великолепен. Но прервал наше дружное утро громкий стук в дверь. — И кого там черти принесли в такую рань? — хмыкнула Элли, поднимаясь из-за стола и неспешно направляясь к двери. И стоило ей открыть дверь, как она тут же захлопнула ее назад. — Иди отсюда, мерзавец, — шикнула Элли и послала мне самую очаровательную улыбку, демонстрируя отсутствие некоторых зубов. — Элли… Открой, — раздался с обратной стороны голос Лайона. — И ж ты, чего захотел! Довел мне девочку до слез! Я поперхнулась чаем. Что? До каких слез? Лайон же сейчас надумает, черт знает что! — Элли, брось. Мы с мисс Брукс в хороших отношениях. И вообще, кто твой друг? — Ты. Но обижать девочку тебе не дам. — Позови, пожалуйста, Мэйлин. Я по делу. Я нахмурились и взглянула на часы. Стрелки показывали семь утра. И раз Лайон появился на пороге, значит действительно — дело срочное. Я подскочила на ноги, но Элли махнула рукой, приказав сесть на место. — Я ее сейчас позову, а ты попросишь у нее прощения. Всю ночь она не спала, плакала… Экий ты идиот, Лайон Уэйд. — Плакала? Из-за одного поцелуя? — возмутился Лайон, и я с силой ударила себя ладонью по лбу. Вот кретин. И кто его за язык тянул? Он, по-видимому, решил, что я поделилась этой тайной с Элли. Морщинистое лицо старушки расплылось в улыбке, а глаза счастливо заблестели. Вероятно, эта информация пришлась ей по душе. — Да говорит, что лишнего ты себе позволил, — хохотнула Элли, и я не выдержала. — Лайон, заткнись! — крикнула громко, понимая, что старушка хитра, как опытный сыщик. — Скажешь еще хоть слово — я тебя убью! Я помчалась в комнату за своей шляпкой, проклиная всех хитрых старушек на свете и слушая, как Элли продолжает допрашивать своего друга. — Вот поэтому видать и плакала, что ведёшь ты себя, как девка, — заключила Элли, когда я поравнялись с ней у двери. — Просишь прощения — и отпускаю к тебе твою Мэйлин. — Элли… — в голосе Лайона сквозило раздражение. — У нас работа. — От одного «прости» — работа не убежит. По непонятной мне причине я замерла, и мы с Элли переглянулись, как два заговорщика. А что? Действительно,