не убрала. Пол под ногами дрогнул. Где-то сверху загудели механизмы. Старые кольца начали медленно вращаться, сбрасывая пыль и искры.В голове раздался другой голос.Не Шурка.Глубже.Старше.Без эмоций.— Наследственный ключ подтверждён. Личностная структура не совпадает. Обнаружено вмешательство.Марина окаменела.Рейн шагнул к ней.— Леди Вейр?Шурка вдруг встал между ней и этим голосом — не телом, конечно, а стеной холода и света.— Доступ подтверждён через биологический носитель дома Вейр, — сказал он уже не ей, а ядру. — Аварийный приоритет выше личностного несоответствия.— Несоответствие опасно.— Станция умирает.Пауза.Старое ядро будто думало.Марина стояла, задыхаясь от боли, и чувствовала себя мухой между двумя разговаривающими молотами.— Шурка, — мысленно прошептала она, — оно нас сдаст?— Я веду переговоры.— Быстрее веди, дипломат недоделанный.— Ваши оскорбления не ускоряют процесс.— Зато мне легче.Старое ядро произнесло:— Цель доступа?Марина вдруг поняла, что отвечать нужно ей.Не Шурке.Ей.Она стиснула зубы.— Открыть контур. Удержать станцию. Спасти людей.— Уточните приоритет.Перед глазами вспыхнули варианты. Сохранить ядро. Сохранить дом. Сохранить наследственный контур. Сохранить верхние уровни. Сохранить биологический ключ.Марина увидела, как система расставляет ценности.Сначала станция как собственность.Потом дом.Потом верхушка.Потом ключ.Где-то далеко внизу — люди.Она разозлилась так, что боль стала белой.— Приоритет — люди, — сказала она вслух.Талия застыла.Рейн резко поднял голову.Старое ядро замолчало.— Приоритет не соответствует протоколам дома Вейр.— А мне плевать на протоколы дома Вейр.— Элиана Вейр не имеет полномочий изменить первичный приоритет.— Элиана, может, и не имела, — прошептала Марина. — А я имею наглость.Шурка резко сказал:— Формулируйте через аварийный гуманитарный протокол Первой Экспедиции. Он выше домовых уставов.Марина ухватилась за подсказку.— Активировать аварийный гуманитарный протокол Первой Экспедиции. Приоритет — сохранение жизни максимального числа людей.Старое ядро ответило не сразу.Потом по залу прошёл гул.Огромный.Глубокий.Как будто станция вспомнила что-то давно забытое.На тёмных стенах вспыхнули старые эмблемы — не дом Вейр, не серебряная башня, а круглая печать с открытой ладонью и звездой над ней.Талия прошептала:— Невозможно…Рейн молчал.Марина не могла обернуться, но кожей чувствовала: все смотрят.Старое ядро произнесло:— Протокол принят. Домовые ограничения временно сняты. Запуск стабилизационного контура.А потом