и шрамом на пальце от консервной банки.Марина уставилась на ноги.Пальцы на ногах были узкие, аккуратные, с перламутровыми ногтями.— Твою ж мать, — прошептала она.В помещении что-то щёлкнуло.Голос раздался не снаружи.Внутри.Прямо в голове.— Речевая реакция зафиксирована. Лексический профиль не соответствует базовому протоколу наследницы Элианы Вейр.Марина перестала дышать.Не потому что испугалась. Хотя испугалась тоже. Просто когда у тебя в голове внезапно начинает разговаривать кто-то посторонний, организм почему-то считает, что кислород — дело второстепенное.Она медленно обвела глазами комнату.— Кто здесь?— Некорректная формулировка. Я не «здесь». Я интегрирован в нейросеть носителя.Марина сжала губы.— А попроще?Пауза.Голос был мужской или женский? Непонятно. Он не имел пола. Он был ровный, сухой, бархатисто-холодный, с такой безупречной дикцией, что хотелось немедленно найти тряпку и испачкать его чем-нибудь человеческим.— Я нахожусь в вашей центральной нервной системе.Марина закрыла глаза.Открыла.Комната осталась.Рука осталась.Голос в голове тоже, зараза, остался.— То есть ты у меня в мозгах.— В упрощённой форме — да.— Выйди.— Невозможно.— Очень жаль. Я бы попросила дверь не хлопать.— Ваш юмор не соответствует архивному профилю Элианы Вейр.Марина резко повернула голову, потом поморщилась от боли.— Слушай, архивный профиль, — сказала она тихо, но с тем самым оттенком, после которого в магазине даже Петрович переставал спорить про сдачу. — Я сейчас не в настроении. Я не знаю, где я. Я не знаю, что со мной. У меня чужие руки, чужой голос и какой-то говорящий утюг в черепе. Поэтому либо ты объясняешь нормально, либо я начну орать.— Орать не рекомендуется. Нейросвязь нестабильна. Давление повышено. Уровень стрессовых гормонов критический.— А ты ожидал, что я проснусь в чужом теле и попрошу кофе?— Предыдущая носительница в стрессовых ситуациях плакала.Марина замолчала.На мгновение внутри что-то дрогнуло.Предыдущая.Носительница.Элиана Вейр.Имя ударило по вискам не звуком, а ощущением. Тонкая девушка в белом платье, длинные серебристо-пепельные волосы, холодная ладонь на запястье, голос женщины: «Наследница дома Вейр не повышает голос». Запах горьких духов. Страх. Много страха. Не её.Марина схватилась за край капсулы.— Что это было?— Уточните запрос.— Не включай дурочку. В голове промелькнуло… воспоминание. Не моё.— Вероятно, остаточная память Элианы Вейр.Марина медленно вдохнула.Воздух снова пах металлом и холодной стерильностью. Её начало подташнивать.— Я кто?Пауза