И репетиторством, которое давало мне порой заработок в два или три раза больше, чем я получал в школе, также промышлял. Так что если что-то хотел купить, то делал это. Уж точно не было такого, чтобы не хватало на автобус или какую-нибудь котлету.

А теперь я сел на шатающийся табурет, стоящий возле маленького столика, и подумал ещё о том, что прежде чем строить великие планы, нужно хотя бы заняться обустройством элементарных собственных потребностей.

Даже вон, ночную вазу, мой домашний туалет, нужно понять, куда выливать. Табуретку, или эта конструкция больше похожа на небольшую скамью, починить нужно. А лучше коменданта напрячь и взять стул. Нет! Пусть мое жилище во мгновенье ока превратиться во дворец! Даешь два стула!

И только после нужно разбираться и с комендантом, и с учениками. Вечером я собирался навестить Самойлова. Найти его и заявиться так неожиданно, как снег в январе для коммунальных служб в будущем.

Не привык я жить в постоянном стрессе, когда приходится напрягаться и анализировать обстановку, чтобы никто неожиданно не напал. Нужно самому выяснить отношения. Двигаться нужно вперед, а не шарахаться по сторонам. В прошлой жизни тоже бывало всякое, но мне удавалось решать свои проблемы и разрешать конфликты.

Взгляд то и дело возвращался к этой ночной вазе. Ведь придётся же пользоваться. И такая грусть-тоска меня взяла, так захотелось увидеть родной унитаз…

Вот даже обнял бы верного и терпеливого фаянсового друга.

— Пока все спят, нужно избавиться от этого, — сказал я сам себе.

А потом взял наполненный не самым приличным содержимым сосуд и решил выйти во двор, чтобы где-нибудь эту субстанцию оставить. Иначе моя небольшая комната мало чем будет отличаться по излучаемым ароматам от вокзального нужника.

Приоткрыв скрипучую дверь, я высунул голову, посмотрел по сторонам. Потом, ступая с пятки на носок, тихо направился на выход. Оказывается, что пансион имеет собственный вход со двора, и далеко не обязательно возвращаться домой со стороны учебных помещений.

Беспрепятственно прошёл мимо мужика в потрёпанной солдатской форме, который спал за столом, сладко похрапывая и посапывая. Аж завидно. Мне так уже не суждено сегодня отдыхать. Это был ночной дежурный, следить должен, наверняка, чтобы ученики наши не хулиганили. Не справляется. Ну ничего… как проснуться все, да в грязи измажутся, то он-то и виновным может быть назначен.

Вроде, немного жалко этого мужика. Но нечего спать на посту. Вот когда я служил срочную, меня за это весьма жёстко наказывали. Но редко кто в части засыпал после такого воспитания.