— Егор? Почему вы здесь? — спросил я.

— Господин учитель, не гневайтесь на меня… и прошу, чтобы это осталось между нами. Хотя если вы кому-то и расскажете, то никто не станет верить.

— Я весь внимание, Егор, — серьёзным тоном, даже слегка нахмурив брови, сказал я.

— Нет, я всего вам рассказать не могу. Но я прошу вас, чтобы вы не выдали меня. И в дальнейшем я буду подговаривать, чтобы на ваших уроках… чтобы не всё было ладно на ваших уроках… Я вынужден, Сергей Фёдорович, простите меня, — сказал Егор, тут же развернулся и убежал.

— Шнайдер, сука! Дойче швайне! Не без него это… — пробормотал я себе под нос. — Скорее бы дуэль!

Удивительно, но я даже не задумывался о том, что если фехтовать придется, то уж точно скверно выйдет. И, может быть, в лучшем случае я баловался фехтованием, как многие историки, которые живут выбранной ими наукой. Так, пару позиций знаю, учитывая, что у меня был друг, который, к сожалению, быстро — ещё пятидесяти ему не было — умер от инфаркта. Вот он был мастером спорта Советского Союза по фехтованию. Так что теорию знаю, а вот в практике я — ноль. Ну или около этого.

Пистолеты? Стрелял я неплохо. И, когда служил, было дело, даже участвовал в соревнованиях между подразделениями. Но это были соревнования по стрельбе из пистолета и по снайперскому искусству. Другое оружие, обстановка, скорее, спортивная. А те пукалки, которыми стреляются в это время, я лишь держал в руках, но никогда так и не довелось из них стрелять.

И при всем этом я был уверен, что дуэль мне нужна. И что необходимо наказать своего обидчика — того злобного паука, кто вокруг меня плетёт свою паутину, вовлекая туда, что хуже всего, детей. Больше всего я злился, что используются ученики.

Вот этим паскудством заражать их умы! Склонять к вранью, учить подлости… Нет, хуже этого сложно что-то придумать.

Но пока у меня иное дело. Собирался на встречу с Самойловым я предельно серьёзно. Более того, можно сказать, что совершил даже преступление. Зайдя на кухню, когда там не было никого, взял один из небольших кухонных ножей. Ведь не мог же я идти к бандитам совершенно безоружным?

Я бы с удовольствием взял с собой автомат да пару гранат. Но пользуемся тем, что имеем. А лучше — воевать словом, готовясь к тому, что придётся и делом. Я не червь! Я право имею!

— Всё! Или пан, или пропал, — сказал я, вставая со своего нового стула, который неожиданным образом, пока меня не было в комнате, появился вместе с перинами и даже с двумя подушками у меня в комнате. Будет где удобно устроиться, если только я вернусь с этой встречи.