— Егор, привет.
Пауза. Долгая и гнетущая.
— Привет… А кто это?
— Я? Эм… Марьяна.
— А! Мышка. Привет. Что‑то хотела?
Блин. Хотела. Конечно, хотела. Но теперь слова застревают в горле.
— Ну‑у‑у, ты меня в гости приглашал, помнишь? — я стараюсь придать голосу лёгкость, но получается жалко, почти умоляюще.
— Хм. Да, приглашал, — он замолкает, и я буквально слышу, как он ищет повод отказать. — Давай только не сегодня. Сегодня занят.
— Завтра? — я цепляюсь за последнюю надежду, сама понимая, что это бессмысленно.
— На этой неделе вообще никак, — отрезает он, и в его голосе звучит усталость — будто я уже надоела ему одним своим существованием.
«Ну что, Марьяша, отшили тебя? Как тебе? Ты ему на хрен не нужна. Не знает, как от тебя отмазаться. Где твоя гордость?» — внутренний голос безжалостно бьёт точно в цель.
— Ясно… — выдавливаю я, и в этом коротком слове умещается всё: обида, стыд, разочарование.
Быстро отключаю телефон, пытаюсь сделать вдох — но не выходит. Грудную клетку словно оплетает чем‑то горячим, ядовитым. Оно отравляет до такой степени, что мне от самой себя становится противно. На что я, глупая, надеялась?
Глава 4
Встреча выпускников проходит в загородном этно‑ресторане — месте, где традиции переплетаются с комфортом. Центральный крытый зал впечатляет масштабом, а по всей территории разбросаны уютные летние беседки. Именно одну из них — с видом на пруд — предусмотрительно забронировала Света, наша неутомимая активистка, специально для нас. Через пруд перекинут ажурный мостик, добавляющий пейзажу очарования.
Я сижу рядом с Лизой. Она оживлённо рассказывает про своего нового знакомого, с которым вчера ходила на свидание. А я киваю в нужных местах и пытаюсь вникнуть в суть, но мысли то и дело уносятся прочь. После моего звонка Егору прошло уже две недели. Он чётко дал понять, что ему моя компания не интересна.
В тот момент во мне что‑то щёлкнуло — я решила вспомнить про свою гордость и больше не навязываться. Никаких сообщений. Никаких звонков. Никаких попыток пересечься случайно. И уж тем более — никаких визитов к нему домой. Но выкинуть его из головы никак не получается.
Воспоминания о нашем недолгом общении в его квартире путают мысли. Тот вечер казался каким‑то другим миром: Егор впервые смотрел на меня не как на сестру Даши. И я позволила себе надежду — глупую, наивную, — что между нами может что‑то измениться, что он наконец‑то мной заинтересуется…
Но после моего звонка реальность вернулась с новой силой. Холодная. Отрезвляющая.
Лиза касается моего локтя:
— Ты вообще меня слушаешь? — в её голосе звучит лёгкая обида.