Заехав в магазин, я закупаюсь продуктами и возвращаюсь домой с таким зверским выражением лица, что Дан, собиравшийся предъявить мне за утреннюю оккупацию ванной, шарахается от меня, будто шайтана увидел. Но, как и любой мужской особи в девятнадцать лет, инстинкт самосохранения работает у него так себе, поэтому он тащится за мной на кухню, волоча неприподъемные пакеты, и собирается выяснить, с хрена ли баня загорелась.
И именно в тот момент, когда я выбираю, что приготовить из того, что нахватала не глядя в супермаркете, звонит мой телефон.
Таир.
Смотрю на мобильник, вибрирующий с раздражающим звуком на столешнице, и достаю из держателя самый большой нож. Потом откладываю и достаю топорик.
– Алсу? – Дан нервирует меня, стоя в дверном проеме, поэтому справедливо, что я нервирую его в ответ, повернувшись к нему со злобным оскалом и топором в руке.
Рингтон телефона затыкается, но начинают приходить сообщения. Я выуживаю из пакета внушительную индюшачью шею.
Ополоснув, я размахиваюсь и рублю ее на куски:
– Второго свидания он захотел. Программа у него. Рукоделие, выставка-вставлялка. И так будет с каждым!
Следом моей жертвой становятся стебли сельдерея и огромная царь-морковь.
Осознав, что фаллические продукты заканчиваются, а мое желание членовредить – нет, брат дезертирует и не отсвечивает до тех пор, пока я не ставлю вариться бульон. И только когда я запираюсь в своей комнате, Дан скребется и на мое ответное пожелание провалиться, приоткрыв дверь, бросает в комнату пачку чипсов.
Мелкий двухметровый скунс.
Знает, что я прыщами потом покроюсь, поэтому не жру такое.
Свирепо раздираю упаковку и запихиваю в рот сразу горсть. Тренеру не скажу, Дан будет молчать, или ему кирдык.
Взгляд падает на зеркальную дверцу шкафа, и я замираю. Боже, какое убожество! На что я похожа? И из-за чего? Из-за кого?
На мне жуткий мамин фартук, который ей подарила бабушка Рената. Волосы не лежат ровной волной. Помада стерлась, стрелки поплыли, зато физиономия в крошках от чипсов. Выражение лица многодетной разведенки. Какой позор!
Отшвыриваю пачку с чипсами на стол, не заботясь о том, что они рассыпаются по поверхности. Мобильник снова заходится стандартным рингтоном, а потом переходит в морзянку из звуков поступающих сообщений.
Ну уж нет. Нарыков не достоин таких жертв.
Миша был, а Таир – нет, но я даже по Юдину так не страдала. А ведь я узнала сначала о его фальшивой беременной невесте, а потом о том, что Миша выбрал Маринку, в самый тяжелый жизненный момент. Во время похмелья.
Даже идеальный мужчина не стоит того, чтобы выглядеть как чушка. Я не придаток к штанам. Я профессионал, красавица, умница, скромница с идеальным характером.