Больная семейка.
София оборачивается вместе с вешалкой, чтобы позвать консультанта, и засекает меня. Лицо ее вытягивается. Ну еще бы. Вырядилась почти как мой клон, а ее застукали.
– Проси размер больше, это на тебя не налезет, – говорю я, припоминая, что я ей, видите ли, не понравилась. Я тоже от этой «звезды» не в восторге.
София опасно щурится. О да! Срачик наконец-то!
– А тебе не помешал бы хотя бы маленький намордник, – тут же включается она. – К твоему прикиду самое то.
Я красноречиво оглядываю Софию сверху вниз и обратно. Будет мне еще говорить кто-то, кто меня копирует. Я сегодня в платье ядреного индиго. Ну говорят же, что синий успокаивает, вот я и надела. Только не помогает. Сестра Нарыкова будто с утра за мной подглядывала: на ней сарафан в таком же цвете, и тоже белые босоножки. И браслеты. Стерва.
– Лучше себе примерь, – советую я ей. – Может, индивидуальности прибавится.
Подхожу к унылой стойке с классическими костюмами, демонстративно отворачиваясь от повторюшки.
– Это ты без Таира такая дерзкая? – не разочаровывает меня она.
– Я вообще по жизни не терпила, – бросаю через плечо.
Девушка-консультант вжалась в стену рядом с зеркалом и не рискует подходить ни к одной из нас. Боже, понаберут ссыкунишек…
– Ну да, ну да… – хмыкает София. Видя, что к ней не спешат по поводу выбранного платья, она сама двигается в сторону консультанта, которая стоит ближе ко мне, чем к ней, и проходит за моей спиной, нарочно задевая меня плечиками. – Посмотрим еще, как ты запоешь.
А вот это она зря.
Не стоит мне напоминать об унизительной роли, которую мне отвел ее братец.
– А вокал не моя сильная сторона, – резко оборачиваюсь я. – И не дай тебе бог узнать о моих истинных талантах.
– Таир приедет из командировки, скажу ему, чтобы сделал тебе прививку от бешенства. Хорошо, что скоро ему будет не до тебя.
– Надейся, – цежу я.
– Мальчишник покажет, – скалится София. – Или думаешь, он к тебе потом поедет?
Красная пелена заволакивает глаза.
Мгновение, и мы уже сцепились. Растаскивают нас быстро, у меня в руках несколько волосин этой стерляди, у нее в пальцах зажата оборка от моего платья. Тяжело дыша, мы смотрим друг на друга, мысленно обещая, что при следующей встрече обязательно покажем, кто тут мамочка.
Расходимся по примерочным, из которых выползаем одновременно. Одновременно же оплачиваем покупки в ледяной атмосфере и гробовой тишине, нарушаемой лишь звуком сработавшего терминала.
Ну теперь хоть понятно, откуда легенда, что Таир терпеливый. С такой сестрой чокнешься.
Скинув пакет с униформой на заднее сиденье ласточки, я придирчиво разглядываю себя. За платье обидно, но я тоже нанесла ущерб. Жаль, нельзя проредить шевелюру Нарыкову. Там волос – рвать и рвать…