Лысый спрыгнул с бортика и молча запустил руку в нагрудный карман. В следующий момент он извлёк оттуда что-то небольшое и за пять ударов сердца прикрепил над карманом три значка.

После этого лысый вначале повернулся к командирам полусотен городской стражи; дождался, пока их лица отразят имевшее место удивление.

Затем развернулся к наместнику и сдул несуществующую пыль с нагрудных знаков.

Наместник же наконец разглядел с удобного ракурса Звезду Беззаветной Доблести, знак Серебряного Минарета и знак Дождя в Пустыне.

Первый значок был обычной солдатской наградой, которая могла выдаваться за удачный штурм хорошо укреплённой вражеской позиции; либо — за успешную контратаку малым числом превосходящих сил противника; либо за что-то подобное. Суть в том, что обладатель Звезды выполнение долга и приказа ставил много выше собственной жизни, и не раз на поле боя это доказывал.

Кстати, во многих кампаниях Звезду вручали тем, кто ухитрился вернуться, выполнив смертельно опасный приказ.

Вторая награда была поинтереснее. «Серебряный Минарет» означал, что его обладатель стойко сражался в безнадёжной обороне, в составе подразделения, потерявшего более девяти десятых списочного состава. На ходу, Юсуф даже не мог сходу припомнить, это где такое происходило в течение последние пяти — десяти лет, судя по ещё нестарому лицу сотника.

С другой стороны, то, что Юсуф не знал о делах «Барсов Султана», вообще ничего не значило. Ни для кого не секрет, что эти головорезы регулярно выполняют в том числе абсолютно секретные приказы, оглашение которых будет подобно взрыву новомодной бомбы в нужнике. Уж больно грязными такие команды бывали; например, испытания болезней на частично собственном населении и… лучше даже не думать в эту сторону, целее будешь. Как говорится, ничего хорошего такие знания дать не могут по определению; а вот навредить могут быстрее молнии.

Юсуф был далёк от армии и честно признался себе через секунду: он вообще не может припомнить семи кампаний Султаната из десяти за последние три года. Хотя их было намного больше…

«Дождь в Пустыне» говорил о своём владельце лишь то, что этот воин имеет опыт войны в условиях засушливых мест. Либо — среди песчанников Магриба, либо в аналогичных местах (где выдаваемая вода строго нормируется, где пешие переходы людей своей длиной могут удивить даже иную лошадь, где война — это в основном резня вручную, лоб в лоб, клинок в клинок. Потому что более современного оружия в таких экспедиционных корпусах обычно не водится).

В совокупности, три железки говорили наместнику о своём хозяине гораздо больше, чем весь предыдущий разговор.