Для сравнения, я мысленно повеселился про себя, представив сборы на марш длиной в три — четыре тысячи километров хоть и обычной мотострелковой роты о т т у д а .

Как только принимается решение о поимке сбежавших «невидимок» (другого слова почему-то не в голову не приходит), Алтынай раздаёт команды паре парней внизу; и к тому времени, когда я оканчиваю переписку с «дядей Вальтером», уже она мне кричит с улицы:

— Ну ты скоро?.. Давай, шевелись быстрее!..

На улице обнаруживаю её саму, Актара с более молодыми земляками (все не просто из каррани, а ещё и из хеля Актара, поскольку говорят исключительно навазири , если точнее — намахсид-вола ).

Здороваюсь с новоподошедшими с соблюдением всего ритуала вежливости, после чего поворачиваюсь к Алтынай:

— А ты куда собралась? — стараюсь звучать как можно спокойнее и без эмоций.

На что она уже привычно раскрывает широко глаза, изображает удивлённый вид и вопрошает в ответ:

— А ты с кем своих «медных лбов» останавливать собрался? С городским ополчением⁈ Это если без нас вы ещё их догоните.

— Работа мужская. Поход сложный. Сбежавшие — не подарки. Плюс, не понятно, что у них за сюрпризы заготовлены. Судя по некоторым деталям, «подарки» вполне могут быть. Женщине там не место. — Коротко перечисляю резоны, по которым ей следует остаться дома. — Мне будет спокойнее, если ты останешься у Иосифа и присмотришь за делами тут.

— И речи быть не может, — коротко отрезает Алтынай, косясь через моё плечо на стоящих позади пуштунов.

— Они на туркане не говорят, — намекаю более чем прозрачно. — Говорит только Актар, причём весьма ограничено. Он никому ничего не скажет, правда, Актар? — на секунду оборачиваюсь через плечо, затем возвращаюсь к Алтынай. — Объяснения будут?

К моему великому удивлению (и явному облегчению Алтынай), меня сзади трогает за плечо Актар:

— Мои извинения за то, что влезаю в беседу между родственниками. — Пуштун явно старается соблюсти максимум этикета, поскольку вовсю напрягается и говорит на туркане (а мы с ним, когда вдвоём, обычно используем пашто). — Но твоя сестра права. Без неё вся погоня может не иметь смысла. А где-то, возможно, даже представлять угрозу для самих преследователей.

— И ты туда же, — упрекаю Актара, отворачиваясь от Алтынай, делая страшное лицо и изображая мимикой всё, что думаю о ситуации. — Ну куда ей с нами⁈

— Не горячись, — обычно сдержанный пуштун кладёт ладонь на мой локоть, что у него является признаком самых бурных эмоций. — Ты просто не понимаешь ситуации. Смотри. Допустим, мы догнали беглецов в каком-то городедругой провинции, а они попросили убежища у местных. Как ты собираешься действовать в этом случае?