– Выглядишь шикарно, – сказала Лисса, когда я вышла из ванной.

– Пожалуй. – Я одернула платье.

– Тебя пригласил сам Герт Новак! – Она хлопнула в ладоши. – Знаешь, сколько девушек на курсе мечтали оказаться на твоем месте?

– Предпочитаю не считать.

– А он выбрал тебя.

– Потому что я – самая злая девушка на курсе. Сам так сказал.

Лисса рассмеялась и откинулась на подушку.

– Коралина, как же я тебе завидую! Не в плохом смысле, конечно… Ты идешь на бал!

– А тебе что мешает? – удивилась я. – Тебя же приглашали.

– Двое, – вздохнула она. – Только одному нужна была помощь с курсовой по алхимии, а второму – с зачетом по рунам. Оба думали, что я им буду давать списывать. Нетушки. Подожду кого-нибудь особенного, кому нужна я, а не мой конспект.

– Уважаю.

Нечего позволять собой пользоваться.

В дверь постучали, я открыла. На пороге стоял Герт.

Нет, я, конечно, ожидала, что он наденет что-то соответствующее приличиям. Но он превзошел все ожидания. Темно-синий парадный пиджак с серебряной окантовкой по вороту и манжетам. Белая рубашка – на этот раз застегнутая на все пуговицы, но галстук отсутствовал, и это делало его не неряшливым, а скорее свободным. Обычно растрепанные волосы были уложены волной, только одна прядь упрямо спадала на лоб.

Герт смотрел на меня, а я на него. Пауза затянулась.

– Ты прекрасна, – произнес он наконец, и никакой усмешки в голосе не было.

– Знаю, – ответила я, беря себя в руки. – Видела в зеркало.

– Ты не умеешь принимать комплименты.

– Не умею, – признала я неожиданно для самой себя. – Но поучусь.

Он протянул мне руку, и я вложила в нее свою ладонь. Пальцы у него были теплыми и очень приятными на ощупь.

Бальный зал поражал воображение. Кто-то из преподавательского состава явно приложил руку к оформлению: под потолком парили сотни магических светляков, мягко мерцая теплым золотом. Стены были увиты гирляндами из живых цветов, и от них плыл сладкий аромат жасмина. В углу, на небольшом возвышении, играл оркестр, музыка лилась негромкая и обволакивающая. Повсюду сновали студенты в парадных нарядах, блестели украшения, звенели бокалы с искристым соком. Фуршетный стол ломился от угощений – крохотные пирожные, засахаренные фрукты, канапе с чем-то явно очень вкусным.

– Умеют у вас балы устраивать, – отметил Герт. – В Селендии все попроще. Танцы на пирсе, жареные кальмары и барабаны. Никаких светляков, только звезды.

– Звезды – это тоже неплохо, – отозвалась я, беря с подноса вишню в сахаре.

– Неплохо, но без кальмаров – не то.

Мы прошлись вдоль столов, набрали по тарелке всего понемногу и устроились у колонны, откуда открывался отличный вид на зал. Я жевала пирожное, Герт что-то рассказывал про селендийские праздники – про фестиваль приливов, во время которого жители выходят на берег и запускают в океан светящиеся шары. Слушая, я ловила себя на мысли, что мне хорошо. Просто хорошо. Без всяких «но» и «однако».