— Давай. — Марша снова села.

— Преступник — не только маньяк-убийца, но и организатор криминальной группы, занимающейся грабежами, верно? Верно. Использование гипноза прекрасно укладывается в картину ограблений и объясняет различные странности, вроде поголовного отсутствия свидетелей или, например, камеры слежения, сданные в ремонт за день до ограбления.

Моя собеседница кивнула, показывая, что пока со всем согласна.

— Давай попробуем собрать то, что мы знаем об этой стороне его деятельности, — продолжил я. — Прежде всего, он сумел найти выход на реальные криминальные круги.

— Изначально он мог выступать в качестве заказчика!

— Марша, ну положим, ты решила украсть у соседа браслет. Ты точно знаешь, что он там есть. Ты знаешь, к кому обратиться, чтобы тебя тут же не сдали копам как провокатора?

Она пожала плечами.

— Вообще-то я была трудным ребенком и имела приводы в полицию!

— С такой наследственностью по бабушкиной линии — ни капли не удивлен. Но знаешь или нет?

— Нет! — призналась Марша.

— Во-от! А он — знает!

— Тогда это скорее “она”. Уверена, прокурор Глэдис Фостер знает внутреннюю кухню преступного мира ничуть не хуже преступников!

— Но мы же исключили Фостер, поскольку ее не было в экспедиции!

— Зак, как ты совершенно верно сказал, все наши гипотезы вырезаны на коленке и склеены на соплях. Мы не знаем, что произошло на самом деле. Будем искать надежные улики.

Теперь кивнул я.

— Итак, первое: убийца имеет или имел в прошлом связи с криминалом. И тут нам может помочь Рон. Если мы сузим для него круг подозреваемых и скажем, что именно по ним пробить, он без труда это сделает.

Я бы сам сделал, но, увы, временно не имею доступа к базам управления.

— Второе? — выдернула меня Марша из размышлений.

— Второе — у него есть место, где он совершает убийства.

— С чего ты взял?

— Ну сама посуди… — Меня понесло, и подскочил с места, как недавно Марша. Если вдуматься, не так мало у нас общего. — Ему нужно не просто прирезать жертву, если он раздевает и лишает его члена.

— “Пенэктомия” это называется. Не спрашивай, откуда я это знаю, — скривилась Марша.

— Спасибо, дорогая, я бы без этих знаний не прожил! Теперь мой мир обогатился оттенками, — фыркнул я. — Ну так вот: для ритуальных действий нужна подготовка. И если бы она проводилась там же, где в конечном итоге обнаруживали жертв, это бы заметили.

— Вы же не заметили!

— У нас все выглядело как обычное убийство при ограблении. МакФерсона и Рикардо Рамиреза в расчет не берем, там осознанно затирались следы ритуала. Но голые мужики без членов — это сто процентов серия! Там всё с микроскопом осматривали. И если не привязали эти случаи с первым убийством того сирийца, значит, выглядит оно сильно по-другому. Убийца учится быть неприметнее. Поэтому я уверен, что у него есть особое ритуальное место.