Убийство произошло на самой окраине Южных Складов — стороне, которая оказалась отрезана от основного города железной дорогой, — со стороны Черной Ямы — афроамериканского гетто. Сириец мог влезть в сферу интересов местных черных, но возможно, место выбрали просто потому, что здесь никто ни за кем не следит и старается не задавать лишних вопросов.
И, по возможности, вообще не появляться.
— Зак, а другие фотографии есть?
— Есть! — покладисто согласился я. — Но не у меня.
— А где дело было?
— В Нижних Заброшках.
— Поехали на место! — Марша подскочила.
— Марша, два года! Прошло два года! Если ты надеешься найти на месте этот анкх, то его сто процентов затоптали. Там всё уже тысячу раз завалило грязью и дерьмом.
— А я уже три года как на раскопки не ездила! Поехали! Ну чем ты рискуешь?
Я выразительно на неё посмотрел.
— Да ладно! Кто тебя там узнает?
— Марша, это такое место, что лучше бы меня там узнали, чем нет.
— Зак! Все уважающие себя преступники в субботу в это время суток спят! Мы быстренько: соберемся, заскочим, пофотаем и домой. А?
— Что, даже не и позавтракаешь?
— Да ты опытный искуситель, Закери Морелли! Ладно: завтракаем, собираемся, едем, фотаем, возвращаемся. М? — Она оглядела меня сверху вниз и обратно. — Нет. Принимаем душ, завтракаем, собираемся и едем! Возражения не принимаются!
Ну да, прежде чем нам надерут задницу, было бы неплохо её помыть.
Глава 11. Находчивость и смелость (Слабоумие и отвага)
Марша
Пейзаж на месте, куда я практически силой приволокла нас с Заком, открылся удручающий: пустые глазницы мертвых домов с поехавшей крышей, одичавшие деревья, которые вламывались в человеческие жилища и захватывали всё больше и больше территорий…
Мусор, запустение и без труда додумываемый запашок общественного туалета создавали типичную для подобных мест депрессивную атмосферу. Маленький филиал Детройта, города-призрака.
Юго-западные пригороды Эверджейла, отрезанные от города железной дорогой, формально носили разные названия, но в народе за ними закрепились общее имя “За железкой”, которое напрочь игнорировало официальное территориальное деление, и скверная репутация.
Относительно благополучные районы среднего класса не пережили соседства с Черной Ямой — чернокожими кварталами. Местное население сбежало подальше от разгула криминала и разборок местных банд, списав в убытки обесценившуюся недвижимость.
Одна, даже днем, я бы сюда без веских причин не полезла — даже с моим опытом работы в местах с дурной славой. Впрочем, именно этот опыт и научил меня, помимо прочего, рисковать головой только в тех случаях, когда имеется цель, и она того стоит.