— А вот ответ на этот вопрос, думаю, кроется в экспедиции двадцатилетней давности…
Глава 31. Всё по порядку
Зак
Ужин я начал готовить загодя, практически, как Марша уехала на работу. Точнее, чуть позже, когда рассвело, чтобы не зажигать свет. Всё равно заняться было нечем. Но сам не ел. Сначала был сыт завтраком, а потом к соседским головешкам подъехали мои коллеги, и стало не до еды. И вот теперь, чудом добравшись до пункта назначения, поужинав и устроившись рядом с Маршей, я чувствовал себя человеком. Пусть не совсем нормальным, но всё же не загнанной лошадью по дороге на бойню.
У меня даже мозг включился!
Марша рассказала, как попыталась добраться до отчета, которого не оказалось на месте. Версию о промывании мозгов можно было считать доказанной. И из этого утверждения следовало, что наш убийца сегодня был в музее — если только Элизабет не обладательница золотой парочки Оскара и Эмми. И это существенно сужало круг подозреваемых. С мотивами, думаю, разбираться бессмысленно: очевидно, что преступник — больной на голову псих. Но у нас есть ещё один ограничитель — возможности!
И если, как предполагает Марша, всё началось с раскопок в усыпальнице жреца, то самое время отделить зерна от плевел!
— Дебора, расскажите, пожалуйста, о той поездке поподробнее, — включил я профессионала.
— Марша, он такой котик! — умилилась Маршина бабушка, и я с ужасом представил, какой неимоверной поражающей силы получится смесь, если познакомить ее с моей бабулей. — Хорошо! — Она сложила перед собой руки, как примерная ученица. — Эти раскопки вошла в анналы под названием “Экспедиция раздоров”!
— Это из-за ссоры дедушки и Коулмена? — уточнила Марша. — Или из-за твоей шуточки над Алисией?
— Не "моей", дорогая, а "неустановленного лица"! Не “шуточки”, а “воспитательной работы”! Впрочем, работа была проведена впустую. Но вообще экспедиция и вправду оказалась словно проклятой. Рецензентом на ту пресловутую статью Фостер оказался Эдриан Вудс…
— Прославленный дедушка нашего Вирджила? — поразилась Марша, и я тоже оценил всю глубину научной Санта-Барбары.
Дебора кивнула:
— Да, он был глубоко оскорблен, когда Алисия пожаловалась ему на мою фальсификацию. Не имея, к слову, никаких доказательств! Но Эдриан поверил…
Я бы тоже поверил на месте Эдриана, кем бы он ни был.
— …И велел Вирджилу поменять научного руководителя, — закончила бабуля.
— Вудс-младший когда-то занимался под руководством дедушки? — Марша прижала ладонь к губам, будто хотела сдержать что-то нецензурное.
— Не то чтобы прямо занимался, но он специально пошел в группу к Эдварду и, к слову, тоже студентом участвовал в этих раскопках. Ты его не помнишь, Марша? — обратилась Дебора к внучке.