Я вышел из кабинки, помыл руки, надвинул на глаза очки, которые держались задраными на шапку, и подмигнул отражению через темные линзы. С этой частью плана я справился на удивление легко. Теперь предстояла вторая часть, в которой вроде тоже ничего сложного не было, но всё, особенно ниже пояса, от одной мысли об этом поджималось. Но переживем. Если самое сложное разбить на крохотные шажки, то что угодно выходит очень просто. Для начала нужно всего лишь дойти до таксофона.

Я расслабился от этой мысли.

Непозволительно расслабился.

Поэтому едва не расплылся в приветственной улыбке, когда из-за поворота на меня вывернул Пирс. Сослуживец был сумрачен настолько, что, казалось, даже конопушки на его лице потемнели. Слава богу, он был погружен в свои мысли и не заметил дерганья мышц на моем лице, но пристальный взгляд — даже через темные очки — он поймал, и теперь Пирс в упор смотрел на меня.

Я сдернул шапку, обнажая почти лысый череп, склонил голову и вытянул руку в просительном жесте.

— Работать бы шел, дармоед! — буркнул осуждающе рыжий, но что-то кинул в шапку.

— Дай тебе бог удачи, братан! — просипел я, как прокуренный алкаш, боясь, что по голосу узнать меня будет проще, чем по внешности.

— Удача мне не повредит. — Это прозвучало так тихо, что я вообще не был уверен, говорил это Донсон или мне причудилось.

Я простоял в такой позе ещё какое-то время, боясь выпрямиться и встретить его насмешливый взгляд. И пока я так стоял, мне накидали ещё монеток — видимо, очень жалкий у меня вышел вид. Когда я всё же решился поднять голову, Пирса и след простыл, а монет в шапке хватало не только на звонок по таксофону, но и на хот-дог после.

Какой талант во мне, оказывается, пропадает! Может, ну её, эту работу дурацкую, из-за которой меня чуть не убили? Буду стоять со стаканчиком из-под кофе и жалобно рассказывать о том, как дошел до такой жизни… Я хохотнул от перспективы и двинулся к таксофону.

Я взял в руки трубку и закинул монетки пальцами в легком треморе от предстоящего разговора.

Ладно, я же не лох, я не буду висеть на проводе достаточно, чтобы мое местоположение можно было вычислить, — даже если кому-то это нужно.

Я набрал номер по памяти, и когда на том конце провода всё же ответили, я понял, что в глубине души надеялся, что Рон не ответит.

— Привет! — поздоровался я на его “алло” и сразу перешел к делу: — Мне нужны деньги.

— Всем нужны деньги! — взвился приятель, — но остальные почему-то не ввязываются ради них в грабежи с мокрухой!

— Рон, ты в себе?

— Я-то в себе! Это ты с головой не дружишь!