— Я уже кое-что нашел, — похвастался Зак. — Символ Бенну, — сказал он для меня. — Это такой египетский феникс, — пояснил для нигеров, но у меня было подозрение, что слово “Феникс” им тоже мало о чем сказало.

— О, а как вы это сделали, мистер?!

Они все — все! — стояли с открытыми ртами и горящими глазами. Ну, конечно! Разве можно можно сравнить лекцию о каком-то там Древнем Египте, который непонятно когда был и был ли вообще, и настоящее цирковое представление!

Впервые на арене — Зак Морелли, коп и клоун!

— Да оно как-то само, — пожал он плечами и вновь потянулся к стене, на которой синим мелком была нарисована длинноклювая птичка на жердочке — почти точная копия символа с браслета.

Между пальцем и стеной пробила молния, и я физически ощутила, как парни вздрогнули. Да я и сама, чего себе-то врать.

Ну каков талант-то пропадает!

Если выпрут из полиции, устроится факиром в цирк!

— А можно я? — поднял руку, как в школе, пухлый умник, поправляя очки.

Зак развел руками, дескать, пожалуйста! Но в стороны развел, подальше от стены. Видимо, запасы фокусов подошли к концу.

Пацан подошел и ткнул в птичку рукой — ожидаемо без последствий.

— О, тут ещё таракан! — вдруг наклонился он.

Этот таракан определенно не в себе! При такой температуре, в пустующем строении, где и еды-то нет уже сколько лет…

Впрочем, если вдуматься, все мы в этом доме немного не в себе.

Каждый по-своему.

— Марша, там этот… — Морелли заинтересованно разглядывал что-то раядом с присевшим на корточки мальчишкой, — …жук-навозник. Египетский.

— Скарабей?! — Я подорвалась с места.

Действительно, почти у самого пола тем же синим мелком был начертан вполне узнаваемый Хепер — символ скарабея.

— Фу… — Пацан в очках отдернул руку от находки. — Он в говне, что ли живет?

— Не живет, а растит детишек, — особым тоном для страшилок поправила его я. — И он вовсе не “фу”, а символ богатства и благополучия в Древнем Египте!

— А ещё говорят, что деньги не пахнут! — блеснул эрудицией притихший было шут-прихлебала, переглядываясь с приятелями.

— Для жителей Древнего Египта было совершенным чудом, что жуки не просто скатывали из навоза идеальный шарик, но и тащили его, будто солнце, строго с востока на запад.

— А теперь? — ухмыльнулся, показывая щербину между зубами, вожак.

— И теперь тащат, куда они денутся. И тоже толком никто не может объяснить, как это у них получается. Они же тупые насекомые!

Шпана с важным видом закивала. Да, насекомые точно тупые!

— Так, всё, ищем, ищем! — простимулировала я. — Кто найдет другие знаки, тому дам пять…

— Мистер! — прервал меня вожак, обращаясь к Заку. — А вы можете его докоснуться? Таракана, в смысле.