— Больно тебе, Николай Дмитриевич? Чем помочь? Хочешь, сам тебе почитаю? А ты посидишь спокойно?

— Ну-у, —тяну словно бы в раздумье. И, соглашаюсь, конечно же. — Почитай! Да только негромко. Мало ли, засну?

Последнее говорю, чтобы совсем уж из новой, только что придуманной роли не выбиваться. Так понимаю, поведение моё нынешнее весьма не похоже на раннее поведение княжеского наследника. Значит, мне сейчас нужно больше лениться и вообще, размазнёй быть…

Дядька читает последние новости, а я вглядываюсь в цифры под названием газеты. Расстояние между нами невеликое, зрение отличное, освещение тоже неплохое, можно не только названия разглядеть, но и отдельные цифирки с буквами!

Вглядываюсь в них и никак не могу увиденное осмыслить! И смирился уже с попаданием, и вроде бы принял его, как есть, даже шевелиться активно начал, а вот конкретную дату с названиями и изображениями на газетном листе увидел, и по новой нахлобучило!

Да сильно так! Вот только теперь окончательно и по-настоящему в перенос поверил! В то, что всё это отныне НА-ВСЕ-ГДА!

И это точно не кино! И не чудится мне, не снится! И возврата к прошлому не будет!

Да ещё передовица на весь разворот оказалась с большим портретом государя-императора! Оторвался от созерцания газетного листа, поднял взгляд, а над камином тот же самый портрет висит. Большой такой, в полный рост! А я-то внимания и не обратил особого.

Самый конец девятнадцатого века! И правит страной Александр Третий! А куда Николая Второго дели? Голова кругом идёт!

Комната закружилась, поплыла вокруг меня, ускорилась, стены слились в общий серый фон. Из этой серости портрет выплыл, приблизился вплотную, накренился, изображённый на нём государь усмехнулся в усы да взял и руку протянул, до плеча дотронулся, похлопал по нему — держись, мол, братец…

— Николай Дмитриевич, ты меня слушаешь? Николай Дмитриевич⁈ Да что такое с тобой происходит⁈ — откуда-то издалека, словно сквозь вату, доносится голос дядьки.

И чего суетится? Всё же хорошо! А тот не унимается, тормошит меня за плечи, трясёт всего, словно куклу безвольную. Увидел, что я на него внимание обратил, тут же из кресла меня выдернул, на руки подхватил, потащил куда-то. Да чуть было головой о дверной косяк не приложил! В последний момент извернулся и бочком, бочком проскочил, уберёг голову от столкновения с косяком. А вот ноги нет! Двойной удар я хорошо прочувствовал! Правда, боли особой не было. Так, на грани ощущения где-то.

И опять всё вокруг меня плывёт в неудержимом хороводе.

Резкий запах обжигает нос, продирает носоглотку, добирается до головы и взрывается в мозгу фейерверком, выбивая прочь полуобморочное состояние. Трясу башкой и ошалело осматриваюсь, с понятным раздражением отпихивая ещё раз сунутый под нос флакончик с вонючим содержимым: