Фьер пододвинулся вперёд, закрывая собой окно, за которым уже сгущались сумерки, и город начинал шептать свои ночные тайны.
- Значит, действуем так, - начал он, и теперь в нём снова был герцог - властный, собранный, привыкший брать на себя самое тяжёло, - Тай изучает ритуалы и разбирается с печатями. Я готовлюсь к защите сознания. Аэлита… ты будешь учиться не просто принимать силу, а управлять ею: как вбирать, сколько. Мы не позволим Пэну использовать тебя как ключ.
Внезапно дверь в таверну скрипнула, впуская внутрь волну уличного шума и холодного ветра. Хозяин бросил на нас косой взгляд, потом отвернулся, делая вид, что протирает кружку, но его плечи были напряжены, а движения - неестественно резкими.
Аскел едва заметно наклонил голову, прислушиваясь не к словам, а к тишине между ними. Его рука медленно скользнула к поясу, к скрытому клинку.
- Здесь кто-то есть, - тихо произнёс он, не шевеля губами, так, чтобы услышал только наш круг, - Не просто завсегдатай. Кто-то, кто пришёл не за элем или медовухой.
Тай мгновенно оценил обстановку: угол, дверь, окно, расстояние до выхода. Его взгляд метнулся к хозяину, потом к тёмному проёму кухни, откуда тянуло запахом подгоревшего лука и ещё чем-то… чем-то чужим.
- Спокойно, — выдохнул Тай, но в этом спокойствии звенела сталь. - Мы не будем устраивать сцену. Но и ждать удара в спину не станем.
В этот момент из кухни вышла служанка - молодая девушка с бледным лицом и слишком внимательными глазами. Она поставила перед нами поднос с кружками, но её пальцы на мгновение задержались на краю стола, будто она хотела что-то подложить. Ее руки слегка подрагивали от напряжения.
Аскел молниеносно перехватил её запястье - не грубо, но так, что вырваться было невозможно. Девушка вздрогнула, её глаза расширились от страха, но она не закричала.
- Кто ты и кому служишь? - тихо, почти ласково спросил он, глядя ей прямо в глаза.
Девушка закусила губу, будто разрываясь между страхом и долгом.
- Я… я просто работаю здесь, - прошептала она, но голос её дрожал, выдавая ложь.
Тай наклонился вперёд, и в его взгляде было столько ледяной власти, что девушка побледнела ещё сильнее. Поняла ли она, кто перед ней сейчас?
- Попробуй ещё раз, - спокойно произнёс он, - И на этот раз - правду.
Она сглотнула, её пальцы судорожно вцепились в край фартука.
- Мне велели… передать, если придут трое. Что… что печати слабеют. И что сосуд должен быть готов.
Моё сердце пропустило удар, а потом забилось где-то в горле. «Сосуд». Они говорили обо мне. Кто-то следил за нами. Кто-то знал о наших планах ещё до того, как мы их придумали.