- Мне это не нужно, но…
Голос стал отдаляться, затухать… Нет!
- Как их остановить!? - прокричала я в пустоту, но ответ уже не услышала, погрузившись в уже иную тьму.
71 Часть
Голова раскалывалась, а тело будто налилось свинцом - опустошение давило невыносимо. Сквозь шторы пробивался яркий свет: я проспала всю ночь. Рядом, хмурый и злой, сидел герцог Фьер.
- Привет… - прошептала я едва слышно.
- Чем ты думала? - сразу с дела начал мужчина.
- Головой, - не долго думая, ответила я.
Аскел резко поднялся и зашагал по комнате - бесшумно, хищно. В его движениях сквозила сдерживаемая ярость, а в глазах читалась боль от того, что я так безрассудно рискнула собой.
Хотела приподняться, но тело не слушалось. Сделав рваный вдох, я снова прикрыла глаза… так пульсирующая боль казалась чуть тише.
- Аскел… Кто такая леди Аудер?
Он замер, взгляд стал настороженным, почти уязвимым.
- Сначала расскажи, что было ночью, - твёрдо произнёс он, сложив руки на груди, - Как ты потеряла силы?
Я коротко пересказала разговор с Пэном. Пока говорила, Аскел то и дело отворачивался, стискивая челюсть: ему было невыносимо слышать, как я добровольно шагнула в эту опасность. Я тоже так стискивала свою челюсть, когда хотелось выругаться. Сдерживается…
- Теперь культисты могут нас найти, - сухо подытожил он, - И они знают, что мы обо всём догадываемся.
- Мне кажется, Пэну всё равно на культистов, - тихо возразила я, - Он понимает, что они искажают его учение, но пока не может им помешать. Частично они даже питают его своей обезображенной верой.
- Ты теперь его прихожанка? Будешь нести его слово в люди? - в голосе Аскела прозвучала горькая насмешка.
- Я ему верю, - упрямо сказала я, снова морщась от пульсации в висках, Кто та леди, Аскел?
После долгой паузы он ответил:
- Моя бабушка. Она всегда говорила, что я особенный. Потом мать запретила ей с нами общаться… Она умерла, когда я был подростком.
- Она молилась о тебе… Почему?
Аскел помолчал, будто перебирая в памяти обрывки детских воспоминаний, и медленно покачал головой:
- Не знаю. До сих пор не понимаю.
Он подошёл, взял меня за руку. Его хватка была твёрдой, но осторожной.
- Я соберу информацию о бабушке. Отдыхай. Я распоряжусь насчёт еды… И, Аэлита, пообещай, что больше не будешь так рисковать.
- Не могу пообещать, - честно прошептала я, - Без таких рисков мы не узнаем и половины правды.
Аскел на мгновение прикрыл глаза, словно пытаясь унять бурю внутри.
- Не заставляй меня брать с тебя обет силой…
- Лучше распорядись об обеде, - слабо улыбнулась я, перебив мужчину.
Резко выдохнув, он поднялся и стремительно вышел. Его злость была острой, но я знала: за ней прячется страх - страх потерять меня. Но когда яркие эмоции утихнут, Аскел поймет меня.