ПРозвенел колокольчик. Я минут 15 сидела у окна, вглядываясь в лес. Но никого н было видно. Видимо, это уже был кучер. К нему я бежала, приподняв платье. Увидев меня в таком состоянии, он сразу же пошел навстречу ко мне. Я сказала ему лишь о том, что профессор не в себе, выпил много зелья бодрости и напал на меня. ничего не осознавая. Конечно, такая себе получилась сказка, но правду сказать я не могу. Мужчина помог дотащить Эмиля до повозки, усадил и закрепил его ремнями к сиденью.
- Эмиль… Эмиль, очнись, - тихо позвала я, коснувшись его щеки, когда повозка тронулась. Кожа была горячей, почти пылающей.
Он застонал, медленно приоткрыл глаза, и в них на секунду мелькнуло узнавание, а потом пришла пустота, будто он сам себя стёр изнутри.
- Что… что я сделал? - прошептал он, голос звучал чужим, ломким.
- Ты напал на меня, - ответила я ровно, хотя внутри всё дрожало.
Он опустил взгляд на свои связанные руки, и лицо его исказилось не гневом, а ужасом.
- Я… я не помню. Помню только, как шёл сюда, хотел всё объяснить… а потом только вспышки. Как будто кто‑то другой управлял мной. В последнее время такое случается довольно часто.. отрывки из жизни просто пропадают, я не помню, что делал.
Я не стала спорить. Не стала говорить, что видела его глаза, его решимость. Вместо этого протянула ему флягу с водой и помогла сделать глоток. Руки не развязывала… И была рада, что он сам все понимал и не просил об этом. В его взгляде читалась тревога, вина, страх.
Эмиль сидел напротив, ссутулившись, глядя в пол. Он больше не говорил о богах, о крови, о величии некромантов. Тишина между нами была густой, почти осязаемой.
Ближе к полудню он вдруг поднял голову, посмотрел на меня - и в его взгляде не было ни фанатизма, ни гнева, только глубокая, выжженная пустота.
- Я больше не могу восполнять свои силы, - прошептал он, и эти слова прозвучали как приговор, - Всё потухло. Как будто кто‑то выкрутил фитиль, и теперь внутри только пепел.
Я хотела спросить, что он имеет в виду, но он опередил меня.
- Хочу всё вернуть, - сказал он, и голос его дрогнул, - Не эти видения, не эту ярость… а то, кем я был раньше. Учёным, который искал ответы, а не оправдания своим безумствам. Если есть способ… если ты можешь помочь… я готов на всё.
Я смотрела на него и понимала: передо мной больше не враг. Передо мной человек, которого сломало то, к чему он так отчаянно стремился. И теперь мне предстояло решить, смогу ли я протянуть ему руку, или эта тьма уже поглотила его слишком глубоко.
- Профессор, мы обязательно со всем разберемся. Даю вам слово, - я улыбнулась ему, - Когда-то вы всему учили меня. Теперь моя пора помочь вам. Но прошу, дайте немного времени. Я уверена, что мы сможем найти решение без кровной магии и бога тьмы.