А прямо перед ним уже стояла та самая Анфиска, жадно облизывавшая губы. Сразу видно разбитная, все и везде повидавшая. Чёрные волосы распустила. В глазах просто не прикрытая похоть, того и гляди сама на него набросится. Маленький алый язычок то и дело из-за губ выглядывает.

— А апосля, господин, мы с Прошей тебе спинку намылим, — тут она набрала в ладошку воды из бочки и игриво плеснула на него. Только брызгами и её задело. — Ой, и я намокла! Беда, беда! — проказница скалила во весь рот зубы. — Видно, снять сарафан придется…

И одним движением сдернула платье, оставаясь в костюме Евы. Вроде бы даже попыталась прикрыться, но как-то неуклюже: вроде и закрывается ладошками, а вроде бы и нет. Все самое тайное наружу: внушительная грудь стоит торчком, тёмный треугольник внизу тоже будоражит взгляд. Чертовка, одним словом.

Соображать при таком натиске едва ли было возможно. Все на парне встало, к потолку задралось, словно наэлектризованное. Сердце так в груди грохотало, что он себя самого не слышал.

А Рафи, так, вообще, внутри него поплыл. Пискнул удивленно и затих. Похоже, женского тела-то толком и не видел, а уж про то, чтобы попробовать девичью сладость и говорить нечего. Вот и сомлел. Придется, видимо, все на себя брать и самому выгребать отсюда. Друг он в самом деле или не друг?

— Господин, и у тебя одежа намокла! Нехорошо! — вскрикнула Проша, прижимаясь к нему сзади грудью и шаря по его телу с такой жадностью, что совсем невмоготу становилось. — Сымай все! Только прежде стопочку медовухи хлебни, чтобы все хвори прошли, — к его губам тут же поднесли небольшую рюмку, от которой шел ядреный аромат меда. — Для здоровья, для мужской силы, — а женские пальчики уже в его брюки лезли. — Пей, господин…

Похоже, девахи начали новый и самый яростный «штурм его позиций», приняв его молчание за замешательство. С такими дьяволицами точно нужно держать ухо востро. Так очаруют своими прелестями, что все им, как духу выложишь. Даже и не заметишь. Вон, время от времени под медовуху и вопросики разные задают…

— Нравится, господин? Чай, дома такого нет? А у хозяина Макар Силыча есть, — прямо в уши с двух сторон ему шептали девахи, не переставая срывать с него одежду. — И еще много чего есть, господин! А для своих друзей он и расстараться готов…

Он разулыбался в ответ, показывая, что все ему нравится. В добавок, Анфису ущипнул чуть по ниже спины, а Прошу за грудь хватанул. Пусть думают, что они на верном пути. Только невдомек им, что в такие игры можно по-другому играть. Мы сейчас эту медовую ловушку наизнанку вывернем. Мехом наружу, как говорится. Посмотрим, тогда, как вы запоете.