— Давно так не смеялся. Надо же, провести такого жука, как Могута⁈ А как все красиво, нагло с огоньком сработано, что даже зависть берет! — к этому лиходею мужчина даже некоторую симпатию испытывал, хотя вряд ли бы вслух признался об этом. Ведь, человеку при такой должности не приличествовало восхищаться преступными действиями. — Давай-ка, Александр Никитич, еще раз повторим все по порядку: что и как.

Адъютант тут же с готовностью открыл папку, что все это время держал в руках, и продолжил доклад:

—…Преступник назвался княжичем Александром Милославским, наследником старинного княжеского рода, что уже есть преступление, согласно Государственному уголовному уложению главы V «О преступления против чести и достоинства благородных фамилий империи». Манкируя высоким положением родителей и знакомством с известными лицами, втерся в доверие к господину Могуте. Со слов последнего, преступник невзначай интересовался, хранятся ли в доме крупные суммы денег и драгоценностей. Затем господин Могута за обедом в честь своего гостя был отравлен неизвестным веществом. Предполагаем, что это было сонный порошок, чтобы усыпить хозяина на небольшой срок. Похищено было, со слов господина Могуты, около тысячи рублей. В настоящий момент наш художник рисует потрет преступника для поиска. Поиски по горячим следам успехом не увенчались. Служебная собака почему-то след не взяла. Опрос околоточных тоже ничего не дал: никого и ничего подозрительного они не видели.

Закончив доклад, адъютант закрыл папку с бумагами. Мирский же при этом хитро прищурил глаза, словно что-то вдали пытался рассмотреть.

— Что-то не складывается пазл, Александр Никитич. Не-ет, не складывается, — начальник покачал головой, поднимаясь с кресла и начиная мирить шагами кабинет. Так ему думалось легче. Адъютант, прекрасно осведомленной об этой привычки, повернул голову за шефом. — Думаю, все было иначе… Этот Могута, паршивый человечишка, давно уже ведет дурно пахнущие дела. И ограбление было всего лишь вопросом времени. Уверен, украли гораздо больше, а не какую-то жалкую тысячу рублей. Просто Могута не хотел дурно выглядеть. Заметь, что не взяли золото и драгоценности, которых наверняка в доме было полно. Значит, преступник не хотел с ними связываться, хотя мог и больше заработать. Явно с головой парень.

Мирский подошел к столу и, схватив остро заточенный карандаш, начал схематично записывать на бумаге то, что ему было известно. Способ очень хороший для приведения мыслей в порядок, который он без устали всем в своем окружении рекомендовал.