— Если верить этой бумаге, он прав, — резюмировала она, обращаясь к Сан Санычу.

— Как ты достал эту выписку? — не унимался Димидко. — Кто врач? Это подсудное дело.

Вот так номер! Раньше Димидко себя так вел единственный раз, в первый день, когда его назначили нашим тренеров в «Динамо-2», и он нагонял на нас страху. Выходит, и сейчас выпендривается перед Анжеликой.

— Хотите — проверьте, снимок-то в поликлинике остался.

Чуя назревающий конфликт, Лиза, которая ощущала себя не в своей тарелке, скользнула ладонью по моей руке.

— Я пойду. Встретимся за воротами. — Она нашла силы улыбнуться Димидко и Анжеле: — До свидания.

Грубить внучке Вавилова Димидко не стал, просто сжал челюсти, стараясь сделать зверское лицо.

— Подожди, Лиза! — Я поспешил за ней.

— Ты куда это? — донеслось в спину.

— Я ж на больничном, мне нельзя напрягаться, — не удержался я от колкости.

Хотелось и игру с «Кремнем» припомнить, и то, как он себя вяло вел, но я не стал.

Черт те что. Был нормальный адекватный мужик, а превратился в оленя во время гона. Вот чего он кидается? Права была Дарина: ничего хорошего от врачихи ждать не стоит. Правильнее сейчас наведаться к парням, да и к ветеранам — не помешало бы. Провести, так сказать, разъяснительную работу.

Лиза снова меня удивила:

— Получается, ваши уже вернулись? И этот главный… Латыш, литовец, кто он?

— Неважно. Директор команды, да. Лев Витаутович.

— Тогда давай я тут в кафешке тебя подожду, поучу пока, а ты реши свои вопросы.

Девушка поцеловала меня в щеку и побежала к спортбар, а я рванул в другую сторону, думая, что Анжелика точно не о моем здоровье заботится. Ей нужно, чтобы было так, как ей хочется, причем — даже ценой здравого смысла, и это не помощь, а скорее вредительство.

В отличие от Димидко, парни после проигрыша были злыми и подавленными. Как и я, они заметили в его поведении некие странности, но лишь проницательный Микроб увязал их с появлением Анжелики. Из ветеранов поведение тренера обеспокоило только Матвеича. Поскольку Димидко к нему прислушивался, а от нас, желторотиков, мог отмахнуться, он обещал чуть прочистить Сан Санычу мозги. Впрочем, надежд на положительный эффект мало: если начался у человека гон (во всех смыслах), то воззвание к разуму неэффективно. Нам надо запастись терпением, пока он не выздоровеет. А мне — убедить Дарину стиснуть зубы, ведь именно она принимает на себя основной удар.

Уж точно не стоит впутывать Витаутовича в наши разборки.

Как это ни удивительно, Анжелика самолично сходила в поликлинику, проверила, не подкупил ли я врача, который написал мне левую выписку. Убедилась, что нет, и дала добро на тренировки.