— Ваше Величество, я перенесу вас в безопасное место. Если останетесь здесь, дети погибнут.

Она хотела возразить, хотела спросить кто он такой — но времени уже не оставалось, и она коротко кивнула.

Мужчина коснулся её плеча. Мир вокруг дрогнул, коридор исчез, звуки битвы растворились — на одно короткое мгновение её окружила пустота, а затем под ногами снова появилась земля и свежий ветер коснулся лица.

Мириэль открыла глаза.

Обрыв. Тот самый обрыв.

Шум водопада доносился снизу глухим рокотом, лунные цветы качались среди высокой травы, и что-то сжалось внутри от узнавания — именно здесь она когда-то прыгнула.

Она посмотрела на спящих дочерей — маленькие ладони, крошечные ушки фейри, тёплое дыхание на её груди.

— Какая трогательная картина.

Мириэль резко подняла голову.

Перед ней стояла Элирель.

Только это уже была не та Элирель которую она знала. Белые волосы рассыпались по плечам серебристым водопадом, чёрное платье струилось до самой земли, а вокруг клубился густой туман — живой, тёмный, словно сотканный из ночных кошмаров. Он шевелился, дышал, шептал что-то на неизвестном языке.

Но самим удивительным оказалось что она сама стояла на ногах.Мириэль медленно поднялась.

Каждое движение отдавалось болью после родов — но она всё равно встала, прямая и гордая, и крепче обняла дочерей.

— Девочки предупреждали меня.

Улыбка Элирель стала шире.

— Вот как?

— Значит они были правы. — Мириэль посмотрела прямо ей в глаза. — Проклятие выбрало тебя.

Тишина. Ветер трепал подол её платья, где-то далеко кричала птица.

Элирель рассмеялась — тихо, почти ласково.

— Какая же ты умная, Мириэль.

— Просто всегда чувствовала что рядом с тобой что-то не так.

Элирель склонила голову набок — совсем как ребёнок.

— И всё же не догадалась вовремя.

— Возможно.

— Знаешь, мне даже немного жаль. — Взгляд её опустился на младенцев. — Такие красивые девочки.

Мириэль мгновенно шагнула назад, в бирюзовых глазах вспыхнул лёд.

— Не смей.

Туман вокруг Элирель дрогнул, будто отреагировал на угрозу.

— Почему? — улыбнулась она. — Скоро они останутся совсем одни.

— Пока я жива — никто их не тронет.

Элирель смотрела на неё долгим взглядом, и улыбка её стала ещё печальнее.

— В этом вся твоя проблема, Мириэль. Ты до сих пор веришь что можешь кого-то защитить.

Ветер усилился. Чёрный туман начал медленно расползаться по земле — окутывал цветы, камни, тропинку, подбирался всё ближе.

Мириэль прижала дочерей к груди и подняла подбородок. Страха больше не осталось — только решимость, только та ярость матери которую загнали в угол и которая опаснее любого оружия.