Мои губы аккуратно коснулись тыльной стороны ее ладони, а после я положила свою голову рядом с ней.
– Посмотри, мама, пришла твоя дочь, – слезы ручейком стекали по щекам, капая на холодные простыни, – Я так соскучилась по тебе. Я всегда буду скучать по тебе.
Стараясь держать самообладание, чтобы попрощаться, я вытерла слезы, и прижалась щекой к ее руке.
– Ты ведь обещала мне помогать с будущим внуком или внучкой, – улыбка смешалась со слезами, – Смотри, почему ты не сдерживаешь обещания?
Я замолчала, в последний раз исследуя ее ресницы, медные волосы, тонкие губы и каждую морщинку на лице. Я касалась ее и целовала руки, запоминая это ощущение.
– Я никогда не говорила, но ты самая лучшая мама, которую я могла бы встретить. Я люблю тебя, так сильно люблю, ма.
Я сидела так долго, пока за окном не сгустилась ночь, и только тишина и ровный писк монитора отвечали мне в ответ.
– Прости, – прошептала я, – Я знаю, ты уже давно уходишь. Просто я никогда не была готова к этому. Прости за то, что не такая сильная, как ты. Прости, мама.
Встав, я наклонилась, поцеловала маму в лоб – почти холодный и пахнущий лекарствами.
– Прощай.
Выйдя из палаты, я пошатнулась и больше не смогла держать свое тело, падая в бездну прямо на холодный пол больничного коридора.
Мне так сильно хотелось почувствовать хоть какие-то объятия. Теплоту. Но обнимал меня лишь холодный пол и соленые слезы.
Я уже была не уверена, что смогу жить дальше с собой.
Единственное, чего я хотела – забыться. И я знала только один способ.
Глава 13
Ариэлла
Тусклый коридор встречал меня без капли света. Стены были серыми, влажными, будто дышали и пытались захватить меня. Я шла босиком по холодному полу. Он был липкий, и я чувствовала, как мои ноги утопали в чем-то теплом. Кровь. Это была кровь. Она была повсюду. Стены были покрыты ею.
– Лаура? – голос отозвался эхом в длинном тоннеле, – Лулу, ты здесь? – кричала я.
Мне отвечали лишь тишина и звук моего дыхания, смешанное с шагами и хлюпающей под стопами кровью. А потом слабый стон заставил меня остановиться. Где-то впереди он будто умолял подойти. Я бросилась в ту сторону, пока сердце гулко грохотало в груди, и остановилась у ржавой двери с щелью внизу из которой сочился мутный свет.
Я потянула ручку, и та не поддалась, и только со второго раза дверь с хлопком отпирается. Это были развалины. Повсюду сломанная мебель и разбитые стекла. Я сорвалась на крик, когда увидела Лауру, стоящую на подоконнике. Злой, почти хихикающий над ее жизнью ветер задувал под ее белое платье, испачканное кровью.