Ее улыбку. Мимические морщинки у глаз, запах волос после душа, тепло тела рядом ночью. Наши вечера у камина, пока дети спали. И те ночи, когда мы не могли сомкнуть глаз, потому что кто-то из них болел, а мы по очереди дежурили у кроватки.
Даже наши ссоры я помню.
Когда она обижалась, всегда молча брала фотоаппарат и уходила к озеру. Я знал, что это ее способ дышать. И все равно шел за ней, чтобы просто поднять на руки и унести домой.
Моя жизнь была собрана из тысяч маленьких мгновений.
Я вспомнил свое детство. Маму, папу, карамельные конфеты и теплую музыку, под которую они танцевали.
И как бы ни было…
Я прожил счастливую жизнь.
Ариэлла. Моя красавица.
В последний раз я посмотрел на нее, крепче стиснул ее ладонь у моего сердце и прошептал.
– Моя…моя последняя правда: я…люблю тебя.
Моя единственная и настоящая любовь.
Глава 27
Ариэлла
Тишина наступила внезапно. Тело Габриэля обмякло в моих руках. Я обнимала его, все еще продолжая шептать, чтобы он посмотрел на меня. Но он не делал.
– Не уходи, – покачала головой в неверии, – Не уходи, прошу. Не оставляй меня, слышишь? Не оставляй нас. Умоляю, любимый. Пожалуйста.
Мои руки, покрытые кровью, дрожали. Я упала головой в его грудную клетку, где было пусто. Я больше не слышала его сердцебиения, которое так любила слушать перед сном и утром. Он больше не держал моей руки.
Я не чувствовала свою опору. Своего мужа.
Он ушел. Он оставил нас.
Мир оборвался.
Я гладила его по лицу, по волосам, будто могла вернуть. Слезы не лились, я будто высохла. Только губы дрожали, повторяя его имя, снова и снова, пока звук не превратился в шепот.
Рядом стоял Даниэль.
Он был неподвижен, как статуя. Лицо серое, губы побелели, руки дрожали. Он смотрел на Габриэля так, будто потерял брата.
Потом шагнул вперед и сломался прямо на глазах, упав на колени.
Это был его способ сказать «прости».
Андреа стояла рядом, обеими руками держась за живот, и тихо рыдала, боясь закричать.
Каир тоже опустился на колени и закрыл лицо ладонями. Его плечи ходили ходуном, но он не издал ни звука.
Только потом я услышала, как он глухо сказал:
– Это не может быть правдой.
В этот момент упали первые капли дождя.
С неба, где ещё недавно сияло солнце.
Будто сам Бог не выдержал смотреть.
Мой взгляд нашел Беатрис. Мертвую. И я потеряла сознание, не в силах стерпеть боль, что разрывала грудную клетку.
***
Я часто размышляла над смыслом жизни. В чем он заключается?
Почему люди вообще умирают? Почему мы чувствуем боль? Почему мы даже после потери близкого человека продолжаем жить?
Мысленно ты понимаешь, что твое сердце разорвано на кусочки. Что ты истекаешь кровью от боли. Не можешь дышать, есть и спать. Но ты делаешь это.