У дома меня правда ждал водитель. Учтивый бородатый мужчина Хасан, который лишь кивнул на мое приветствие и открыл мне дверь.

Когда мы подъехали я оглядела кафе под названием «Comptoir 102»* . Меня восхитил дизайн этого красивого, но простого и уютного оазиса среди городских улиц: беленые стены, разные деревянные двери в марокканском стиле и зеленые растения, свисающие с террасы.

Поблагодарив Хасана, я вышла из автомобиля и направилась в кафе. Я нерешительно открыла стеклянную дверь заведения, и меня тут же встретил нежный аромат свежезаваренного кофе, кориандра и еще чего-то сладкого – может, финиковый хлеб, который так сильно мне полюбился?

Я сделала шаг внутрь, рассматривая внутренний интерьер. Высокие потолки, свет, струящийся сквозь большие окна, и зелень – повсюду. Изящные плетенные кресла чередовались с низкими деревянными столиками, а вдоль стены стояли полки с керамикой ручной работы и флаконами эфирных масел. В глубине зала рассыпались мягкие подушки, словно зовущие присесть ненадолго и остаться навсегда.

Это место будто жило по своим правилам: без спешки, суеты, в ритме дыхания.

Я прошлась взглядом по посетителям: несколько женщин в светлых льняных платьях и красивыми платками, пожилой мужчина с планшетом, пара в углу – влюбленные, будто в другом мире.

Габриэля пока не было, поэтому я села у окна, ощущая, как сердце колотилось от волнения, не столько из-за встречи, сколько из-за того, что Габриэль – мафиози, человек из другого мира – выбрал это место. Чистое и живое. Что он хотел этим сказать? Почему выбрал это место?

Я подняла взгляд. За прозрачным стеклом медленно проезжал велосипедист, пальмы качались в полуденном мареве, а внутри – все дышало покоем.

«Здесь можно дышать» – подумала я. Впервые за долгое время, ощущая, как тревожность покидает меня, оставляя место покою.

Через секунду ко мне подошел официант. Он заговорил на арабском, и я растерянно покачала головой, объясняя, что не понимаю. Тогда он перешел на ломаный английский, и я была рада, что мы стали понимать друг друга.

– Я жду…мужа, – на последнем слове мне стало неловко, – Можно мне пока воды.

Парень кивнул и ушел в направлении бара, откуда мне принесли не стакан воды, а чашку кофе и горячий кусочек кнафе – золотистый десерт с мягким сыром внутри, щедро залитый ароматным сиропом. Я в недоумении уставилась на официанта, и он указал в другой конец зала на столик у противоположного окна, и мое сердце остановилось.

– Это передал вам тот мужчина, – официант откашлялся, словно был не уверен в следующих словах, – Он представился вашим мужем.