Дальше всё было на автопилоте – мы двигались в едином ритме, будто пытаясь разорвать друг друга пополам. Её ногти оставляли следы на моих плечах, мои руки – на её бёдрах.

Мой ритм ускорялся так, что ножки дивана скрипели, а Беатрис неистово кричала и цеплялась в меня до белизны костяшек, пока мы оба достигали пика.

И вдруг… я почувствовал это. Не резкий звук, не явный щелчок, а странную, почти незаметную перемену – слишком много тепла, слишком прямой контакт.

Мышцы внутри сжались, а в голове мелькнуло понимание: чёрт, презерватив…он порвался.Серьезно ?

Я остановился. Беатрис тоже замерла, и я усадил ее на диван, тяжело дыша.

– Ты принимаешь таблетки? – спросил я.

На лице Беатрис не осталось прежней улыбки. Она прикрылась одеялом на диване и отрицательно покачала головой.

Блять.

Блять. Блять. Блять.

Я схватился за голову и тяжело выдохнул.

– Габриэль…, – Беатрис попыталась коснуться меня, но я отвернулся от ее прикосновения.

Между нами появилось тяжелое напряжение.

Я привел себя в порядок и поднялся, надевая пиджак.

– Поехали, – взял ключи от машины.

Беатрис растерянно нахмурились.

– Куда?

– Нужно принять таблетку.

Я уже шел к выходу, но на полпути понял, что Бри не шла за мной. Повернувшись, уловил ее взгляд. Она стояла, глядя на меня со слезами на глазах и полным разочарованием.

Вот черт. Господи, только не это.

– Нет, Беатрис, – мои челюсти напряглись, – Не нужно смотреть на меня, как на монстра.

– Может я хочу ребенка? – шепнула она со сломанной надеждой в голосе.

Я не верил своим ушам. Направился на нее и взял за плечи, пытаясь привести в чувства.

– А чего хочу я, ты не хочешь спросить? – процедил сквозь сжатые зубы, – Разве не ты говорила, что хочешь просто поразвлечься?

Она опустила взгляд.

– Говорила, – призналась Беатрис, – Но теперь все иначе, я не знаю, Габриэль…то, что я чувствую рядом с тобой.

Я смотрел на нее, и внутри все горело. Не от желания, а от злости и непонимания.

– Мы даже не вместе, Беатрис. Это был чертов секс, а не обещания на всю жизнь.

Она вздрогнула, но не отступила. Вцепилась в меня и посмотрела с мольбой.

– Я не планировала…просто, когда ты рядом…мне кажется, что я хочу большего.

Я отпустил ее и отошел.

– Это не повод ломать жизнь ребенку, которого я, мать твою, не хочу, ясно? – отрезал я, чувствуя, как с каждой секундой меня захлестывает раздражение, – Не от тебя. Ни от кого другого.

Я никогда не горел желанием заводить ребенка и обрекать его на жизнь в клане, где он каждый день будет думать, вернется ли его отец живым. Это было мое личное табу. Мой ребенок не должен повторить судьбу своего отца.