Пока напарник развлекался охотой, я присел на корточки возле мертвого гоблина. В дохлом виде сходство с человеком даже усилилось. Мелкий, худой, ну так всякие пигмеи с бушменами тоже ростом не вышли. Да и мордой лица, в общем, тоже.

Из одежды на гоблине имелась набедренная повязка из плотной ткани, а также что-то вроде плетеной бандольеры с кармашками, по большей части пустыми. Детально изучать их содержимое я не рискнул, перейдя к следующему телу.

Этот гоблин был чуть поменьше, посветлее… и пожалуй, побогаче. По крайней мере тряпка у него на бедрах была шире и даже имела что-то вроде узора. Также у этого гоблина наличествовал нож из куска темного, похожего на сосульку камня и что-то вроде колчана с пучком то ли дротиков, то ли стрел. Скорее первое, потому что лука поблизости не наблюдалось. Впрочем, полезному предмету в суматохе мог приделать ноги кто-то из соплеменников. Как там у классика: «сам погибай, а товарищу валенки поносить дай!»

Я уже собрался переходить к третьему трупу, но заметил, что наконечники нескольких дротиков закрыты плетеными колпачками. Отчего-то касаться руками этих штук остро не хотелось, так что пришлось воспользоваться ножом и вилкой, в смысле, каменным ножом и соседним «обычным» дротиком. Ну и чуть повозиться, зато…

— Толя, смотри, какая штука интересная.

— Ого! — восхитился Блинов, увидев наконечник. — Это же… металл?

— Угу, — подтвердил я, — причем не медь. А маслянистые потеки — скорее всего, яд.

Анатолий, уже почти собравшийся потрогать дротик, тут же отскочил и для надежности спрятал руку за спиной.

— Думаешь?

— Ну, от ржавчины эти гондоны, — я пнул снятый колпачок, — вряд ли бы защитили. Больше похоже, что наш покойный друг сильно не хотел поцарапаться. Смотри, остальные дротики с каменными наконечниками, видимо, для обычной охоты. А этот — на крайний случай, если кто большой появится. Мы, конечно, с местной фауной еще не знакомы, но что-то мне подсказывает, навряд ли наши мелкие зеленые приятели — вершина здешней пищевой цепочки.

— В отличие от тех, кто продал им железные наконечники, — подхватил Блинов. — Развитая обработка металлов — это уже совсем не каменный век.

— Верно.

Развивать эту мысль дальше я пока не стал, перейдя к осмотру третьего гоблинского трупа. Увы, этот явно как был неудачником при жизни, так и остался им в посмертии. Влетевшая ему в затылок пуля буквально взорвала голову, разворотив на выходе большую часть лица. В остальном труп был почти такой же, как и два предыдущих. Только набедренная повязка не из ткани, а чего-то вроде плетеной травы, и в качестве оружия — дубинка с наконечником, утыканным пластинками давешнего темного камня.