* * *

Сергей Синицин.

На самом деле я всерьез опасался, что первой поехавшей станет крыша. Не у здания, хотя сохранность и устойчивость данной конструкции тоже внушали серьезные опасения, а моя личная, в голове. Руки потряхивало, тушку бросало то в жар, то в холод, так что в какой-то миг я даже подумал, а не подхватил ли какую-нибудь инопланетную тропическую лихорадку. Хотя вряд ли — чтобы так быстро заболеть, надо микробов горстями жрать, запивая питательным раствором. Скорее уж аллергия какая могла вылезти на тот же огнетушитель… или местные ароматы. Запахов и впрямь хватало — сейчас, когда я начал обращать на них внимание. Пахло сырой землей, дождем, жарой, чем-то цветочно-фруктовым… что-то похожее было на Бали, но здесь и сейчас то ли все запахи словно через усилитель прогнали, то ли действительно взбудораженные нервы реагировали на каждую пылинку.

— Наверх или вниз? — Анатолий перегнулся через перильце и опасливо глянул вверх. — Лестница вроде целая.

— Вверх! — решительно сказал я и тут же поправился, — но сначала вниз. Пошли еще раз глянем… на этих. Думаю, при такой вентиляции фреон уже высквозило.

— Это еще зачем⁈

— Затем, что за трупами потом вернуться могут. У многих дикарей своими покойниками разбрасываться не принято, духи предков не поймут и все такое.

— А если они сейчас вернуться? — идея спускаться обратно на первый этаж Блинову определенно не нравилась.

— Сейчас вряд ли, — заявил я с уверенностью, которой на самом деле не ощущал. — Драпали они со свистом, плюс куча подранков. Такое быстро не проходит. Пока отбегут на безопасное расстояние, отдышатся, с ранеными разберутся… в общем, час у нас всяко есть.

Убежденным Анатолий не выглядел, но спорить не стал. Вот уж воистину, добрым словом и пистолетом… не в том смысле, что я хоть на миг думал ему угрожать, просто его наличие грело душу не только мне. Патронов бы еще хоть пачку!

— А-а-а! Пристрели его!

— Кого? — не понял я.

— Этого… это… оно шевелиться!

У меня тоже шевельнулись волосы, когда тело давешнего гоблина снова дернулось, словно и впрямь собираясь встать. Я уже начал поднимать «макаров», но тут со стороны трупа раздалось недовольное чириканье и над трупом появилась небольшая мордочка то ли зверька, то ли ящерицы. Серовато-зеленая, с желтыми глазками-бусинками и широкой пастью с кучей мелких острых зубов.

— Вот з-зараза! — у напарника испуг тоже прошёл, сменившись злостью. — Понабежал уже… н-на…

Он попытался пнуть звероящерку, но та ловко уклонилась, отбежала на пару метров и снова зачирикала.

— Ты осторожнее с ним, — предупредил я Блинова. — У падальщиков на зубах какой только дряни нет. Прокусит штанину и аминь. Палку вон возьми, ну копье это…