— И что, урежешь нам финансирование?

— Га-а-гага…

Старый гоблин расхохотался так, что подскочивший с белой меховой накидкой адъютант, шарахнулся в сторону и едва не свалился в мой окоп.

— Пойдем, поболтаем… — закончив ржать, предложил… нет, приказал Генерал. — Все равно сегодня уже не успеем стрельнуть еще раз — надо будет ехать на вечернее заседание Совета.

— Что и сегодня тоже? Я и забыл…

На самом деле не забыл, а просто не хотел зря тратить время на пару часов ненужной и дурацкой говорильни. Проблем у меня хватало и без того.

Хотя, надо признать, решение главной проблемы мне «подсказали» — тот странный тип на балконе нашего питейного заведения. Порох, вернее, некий его аналог, у аборигенов уже имелся. Причем использовали они его именно тем образом, который в покинутом нами мире приписывался древним китайцам — для фейерверков.

У нас, насколько я помнил, попытки использовать «огненный порошок» для военных целей начались с момента его изобретения. Но вот до момента, пока удалось отработать рецептуру, технологию изготовления и методы применения, по Янцзы и Хуанхэ утекло немало воды.

Мне с одной стороны, было чуть проще — я точно знал, к чему надо стремиться в виде результата. Но с другой…

Здешний «порох», он же «Улканова пыльца» представлял собой содержимое плодов какого-то местного кустарника, типа хлопка. Только вот получаемая из них масса, насколько позволяли судить чудом задержавшиеся в голове обрывки пролистанного со скуки на дежурстве дспшного справочника по минно-взрывному делу, была скорее бризантной взрывчаткой, норовящей разнести все вокруг на мелкие клочья. Местные алхимики кое-как научились сдерживать её бешеный нрав различными флегматизаторами, но лучшим способом применения все равно являлся… внешний контроль опытного мага-огневика. И то, даже у таких магов получалось контролировать лишь небольшие заряды и не очень далеко — метров 7–10, как в устроенном при открытии «Иллюзиона» огненном шоу.

Может быть, имейся у нас настоящая стальная или хотя бы бронзовая пушка, для неё сгодилась бы и «пыльца». Но все мало-мальски приличное железо и бронза сейчас требовались для изготовления более привычного местным оружия. Зато на одной из городских свалок нашлись стволы аналога «железного» дерева, в которых любили устраивать свои колонии местные же термиты. Дерево действительно было прочное и даже с выгрызенной сердцевиной стояло еще долго — так что гоблины, в свою очередь, полюбили делать из него различные трубы, а вот «огрызки» верхней части теперь пригодились нам. Увы, до сегодняшнего дня лишь один ствол выдержал целых три выстрела, прежде чем треснуть напополам.