— Может, предложить им сдаться? — неуверенно предложил один из колдунов.

— А ты хоть раз слышал? — не без ехидства задал встречный вопрос Борекс, — чтобы эльфы гоблинам сдавались?

— Старики говорили, в допрежние времена пару раз бывало, — ответил вместо колдуна один из бойцов, заматывающий полотняной тряпкой колотую рану на бедре, — но их после этого сразу того…

— Ну мы без подзарядки еще разок можем колдануть, — сообщил маг, — только вряд ли ушастого всерьез проймет. У него ж броня почти как твоя перчатка, Борекс. А как мы разрядимся, он сразу же рубиться полезет…

— Да понимаю я, — Борекс досадливо скривился, огляделся по сторонам и, нагнувшись, ухватил за пояс давешнего жреца, попытавшегося в суматохе на четвереньках уползти за колонну. — Где ваш Владыка-то⁈ Мы уже большую часть работы сделали, самое время ему появиться!

— Величайший из великих сам решает, когда смертные окажутся достойны лицезреть… — затянул сектант.

— Хватит! Я сама эту падаль на ленточки нарежу!

В завязавшейся кровавой круговерти я успел почти позабыть о нашем первоначальном плане и диверсантке из беженцев. Тем более, что в последних двух схватках ни её, ни кота видно не было. А вот сейчас они снова появились, причем в руках у Беаче оказались два то ли длинных ножа, то ли коротких меча… и даже Пушок весь подобрался и прижал уши к голове.

Услышали девушку не только мы. Эльфийский князь громко, на весь зал рассмеялся и, нарочито картинным жестом перебросив меч из правой руки в левую.

— Давайте, подходите! — произношение было чуть непривычно, но слова вполне узнаваемы. — Я скормлю ваш тела корням Священного Древа и новые побеги моего рода прорастут сквозь ваши кости!

— Вот же пафосная тварь… — пробормотал Борекс, но его слова заглушил голос, раздавшийся… да словно бы отовсюду сразу.

— Пусть состоится поединок!

А затем… мое сознание словно бы раздвоилось. Какой-то частью я по-прежнему стоял рядом с Борексом в этом странном зале, наверху сверкала разноцветными лучами глыба и вокруг была куча народу. Но большая часть меня вдруг «увидела», как зал погрузился во тьму и только эльфийский князь остался в круге света — не очень большом, три-четыре метра в диаметре.

Он сразу перестал смеяться, замер, прислушиваясь… и вдруг, извернувшись, рубанул по темноте слева. Ярко сверкнули клинки, Беаче парировала удар, шагнула назад и растворилась во тьме. А эльф уже рубил воздух слева, но в этот раз — впустую, кошачья лапа появилась дальше, почти за спиной, скрежетнула когтями по ноге и тоже пропала.

Имперец упал на колено… сделал выпад назад, затем взмахнул мечом, очертив сверкающую дугу. В следующий миг Беаче и кот атаковали одновременно — лязг, звон, мяв — и эльф снова остался они в круге света, а рядом валялся длинный клок шерсти… к счастью, без следов крови.