И в последнем случае мне действительно придётся полностью уничтожать добрую половину памяти моей кузины. Ну или же просто убить ту, позже отомстив за неё озверевшей твари, что осмелилась столь бесцеремонно и нагло пользоваться ментальной магией на моих родичах… Хотя это — совсем уж крайний вариант. Досконально изучив чуть ли не всю память своей кузины, я проникся к той вполне себе реальным сочувствием, из-за чего обрывать жизнь женщины мне уже не хочется от слова совсем… Сложно желать зла человеку, который и так выстрадал столько, что тут и без всякой ментальной магии с ума сойти можно.
Хотя, теперь мне хотя бы понятно, почему та так легко была готова избавиться от родного рода… Мои, ныне почившие, родственники полностью заслужили подобного отношения. Действительно силой выдав Беллу замуж за Рудольфуса Лестрейнджа, учтя опыт с Андромедой и просто не оставив Белле и малейшего шанса на побег. Да что уж там… Те фактически продали Беллу в рабство, магическими контрактами повязав ту так, что она даже навредить своему мужу никак не могла, имея перед тем кучу обязательств…
В общем да, у Беллы было достаточно вполне себе весомых причин недолюбливать меня и мой род. И именно из-за этого я готов был простить той прошлые наши сколки, всеми силами пытаясь освободить ту от другого, уже не столь явного для самой женщины, рабства…
Глава 28
Переосознание собственной жизни — дело не простое. Я мог заявлять об этом с полной уверенностью, больше недели помогая своей кузине пройти через столь сложный и неприятный процесс, оставшись при этом в своём уме… И пусть я не могу сказать, что у меня всё получилось идеально, но в какой-то момент осознанность и воля к жизни вновь вернулись к Белле. Та даже, по большей части, справилась со своей фанатичной преданностью тёмному лорду, пусть порой былые закладки, которые я буквально силой вырывал из чужого разума, ещё дают о себе знать.
Ну и ко мне отношение у женщины, конечно, то ещё. Та вроде как и поняла, что я пытался той помочь… Но вот желание придушить меня голыми руками у той никуда не исчезло. Скорее уж наоборот, все те страдания, что я заставил ту пережить, лишь обострили ненависть женщины в мою сторону. Впрочем, я надеялся, что та ещё перерастёт эту ненависть… Всё же сейчас женщина была сильно не в себе. Ту буквально носило с пятое на десятое. Эмоции Беллы скакали от безграничной ненависти ко всему живому до полной опустошённости и желания свести счёты с жизнью.
И пусть я вполне себе ожидал чего-то подобного, но вот справиться со столь неуравновешенной особой было действительно тяжело. Шутка ли, но за первые несколько дней после переосмысления собственной памяти Белла трижды пыталась покончить собой… И раз сорок пыталась вырваться из собственной тюрьмы, чтобы вот прямо так отправляться рвать глотки своим бывшим товарищам и лично Воландеморту… Что тоже было весьма и весьма самоубийственной затеей.