Потом Рональд уехал обучаться в столицу, а Стивен остался в родном городке, отчаянно скучая по брату. Если бы он только знал, чем обернётся возвращение Рона… Если бы только знал…
Брат так и не рассказал ему, что именно тогда случилось в столице. Несколько лет он писал письма домой, рассказывая о том, как учился, как служил в каком-то учреждении… Но однажды, пасмурным осенним вечером, Рональд внезапно появился на пороге отчего дома — хмурый и встревоженный.
Он сообщил, что за ним устроили охоту, и вся их семья может пострадать. Отец с матерью не поверили сыну и отказались покидать родной дом. Стивен тоже не хотел. В результате Рональду пришлось, скрипя зубами, уезжать одному. Однако всё сложилось иначе…
Стивен пошёл проводить его до станции. Они стояли, ждали поезда… И тут на горизонте вспыхнуло зарево пожара. Уже потом политеи, изучив останки родителей, сказали, что мать и отца сначала застрелили, а потом — подожгли дом. Рональд корил себя за то, что был недостаточно убедителен. А Стивен, лишившийся всего в один момент, просто возненавидел его.
Но старший брат отказался уезжать один. Он боялся, что Стивена всё ещё могут убить. И тогда Айвери-младший сдался и поехал с Рональдом. Три года они прятались по съёмным комнатам и квартирам на окраине Народной Аристократии. Чудом им удалось уйти, когда неизвестные преследователи вышли на след беглецов. У Рона обнаружились какие-то знакомые, которые помогли им сменить документы, достать билеты на пароход и срочно отплыть в Марчелику.
Здесь, на незнакомом континенте, без друзей и знакомых, Стивену некуда было деваться. Он постоянно находился при брате, которого люто ненавидел. Однако со временем ненависть поутихла, а потом ушла и жгучая злость. Осталась только обида за испорченную жизнь: ни семьи, ни детей, ни кола, ни двора… И презрение. К Рональду, его друзьям и приятелям, к членам номада… Но Стивен научился скрывать эти чувства.
Много лет он путешествовал с номадом: учился стрелять, держаться в седле, бить морды, пить дрянные спирты и не брезговать шлюхами. Много лет Стивен мечтал избавиться от всего этого разом. Иногда он даже заикался о том, чтобы уйти, но Рональд каждый раз повторял, как его ценит, как любит и не хочет терять. И Стивен оставался, понимая, что его уход лишь покажет всю глубину его презрения к брату. А он предпочитал презирать тихо, получая в обмен те блага, которые не снились в номаде даже Старику…
Стивен тоже оброс связями. Среди сборщиков, среди касадоров. Не всем нравилось руководство его брата, не всем нравились привилегии, которые имел Старик — а точнее, его особо ценное мнение. Раскол зрел уже давно, и нужен был лишь хороший план, как сместить старое руководство… А вот с планами у Стивена всегда выходило не очень. Каждый раз, когда он пытался хоть что-нибудь придумать, получалась ни на что не годная галиматья…