— Хозяин! — поклонился я, и Пятачок приветственно хрюкнул.

— Этих ты спасти должен был? — спросил боров, с трудом выплевывая слова непривычной пастью.

— Мама! — промямлила Карина и медленно опустилась на траву, не моргая и не сводя глаз с кабана. — Мне это снится.

— Этих, — подтвердил я. — У меня времени мало. Ты сможешь им помочь?

— Здесь нет, — покачал головой кабан. — Пусть идут в лес. Их проводят.

На поляну выбежал белоснежный кролик со странным рогом на носу, а я повернулся к Карине, лицо которой вытянулось в полнейшем изумлении.

— Иди за белым кроликом, Карина, — сказал я. — Он отведет тебя к настоящему Хозяину леса. Это всего лишь его аватар. Здесь может помочь девушкам только он.

— Идти в Хтонь? — судорожно сглотнула она. — Да меня же там съедят.

— Приблизься, прекрасная дева, — прохрюкал кабан, а когда Карина, переставляя ноги, как сомнамбула, подошла к нему, Пятачок лизнул ее в щеку. — Теперь никто вас не тронет, даже тупой дятел. На твоем тонком теле метка Великого леса.

— Где ты возьмешь силы для них? — спросил я.

— А вот это уже твоя забота, парень, — хрюкнул кабан. — Закон сохранения энергии работает и в Хтони тоже. Ничто не берется из ниоткуда. Поспеши, Вольт. Твои друзья уже высаживаются на берег, а эльфы вот-вот покинут Ильмарин. Действие негатора заканчивается, и потом они снова обретут большую часть своих способностей. Силы леса велики, но не беспредельны. Мои звери еще держат их внутри, но погибли слишком многие.

— Ты чувствуешь их боль? — спросил я вдруг.

— Да! Это я сам умираю каждый раз, — ответил кабан, и тут его глаза потухли. Он хрюкнул и начал шумно принюхиваться к Амантиэлю Сильмарановичу, который стоял рядом ни жив ни мертв. Он потому и не сбежал, открыв дверь. Боровей уже стоял тут.

— Господин Вольт, — завизжал эльф. — Я решительно протестую против поедания меня заживо хтоническим кабаном! Я требую справедливого разбирательства. Я гражданин. У меня есть право на смертную казнь, в конце концов…

— Проваливай, — сказал я, забираясь на Пятачка и возводя автомат. — Ты нас выпустил из замка, и за это я даю тебе шанс. Считаю до десяти, а потом стреляю. Раз!

Если и есть более потешное зрелище, чем немолодой мужчина в розовых брючках, который бежит зигзагами по полю, на котором пробиваются юные деревца, то я его никогда не видел. Эльф перепрыгивал, уворачивался и уклонялся с такой ловкостью, что я даже стрелять расхотел. Тем более, что из чащи выпорхнула птичка размером с хорошего индюка и со всего размаха клюнула его в зад.

— Дятел! — восхитился я, услышав истошный вопль. — Спасибо, Хозяин!