С этими тяжелыми мыслями я ушла с работы на каникулы и в отпуск, когда Гриша решил, что в моих услугах больше не нуждается. Я искренне пожелала коллегами всего наилучшего и сбежала. Всё, можно снять маску и расслабиться… И обмозговать насущное. Которое, будь оно проклято, напоминало… неумелый черновик. Написали начало, подумали, решили изменить ход сюжета, вычеркнув одного персонажа, а старое оставили, как есть. С моей памятью и с моими же проблемами.

Я споткнулась, тормозя на перекрестке при виде «красного человечка». А ведь это мысль… Ведь если я — писец, и могу писать реальные истории о ком-тотам , то почему кто-тотам не может писать реальную историю обо мне здесь?.. И перекраивать её, пока масть прёт, чтобы после переделать начало под концовку?.. А что, я так и пишу. История, оживая, сильно мутирует, и порой я забываю, о чём вообще начала писать. А потом переделываю начало, иногда переписывая его полностью. И если все происходящее — это та самая мутация истории… Что-то я очкую… Кто знает, может, завтра утром я вообще не вспомню о том, что случилось сегодня или вчера… Но, вероятно, я брежу.

Домой я пришла нервная, возбуждённая и жаждущая ответов. Но Муз по-прежнему отсутствовал, а Сайел — спал. А время — шесть вечера. Надо что-то делать… Я вынесла мусор, прибралась, приготовила наконец бигус и сварила грибной суп. Поела нормально и почувствовала себя человеком. И ушла в ванную. Постирать, помыться и пореветь. Ибо ёлка и магнитики, как и прочая подарочная мелочь, оказались на своих местах. Да, мудрые утверждают, что всё однажды проходит… Пока им виднее, чем мне.

Саламандр не проснулся и к полуночи. А я за это время успела на пятьдесят раз обдумать идею жизни-черновика, перечитать историю своего героя и прийти к неожиданному выводу. Он всё время что-то пишет на стенах. Постоянно. И называет себя пишущим. А если я — героиня его романа?.. Звучит нелепо, но уже больше недели, после приснопамятного сна, моя жизнь напоминает бред. В который я начинаю верить. И чем чёрт не шутит?..

Я сидела на краю ванны и хлюпала носом, когда, синхронно зевая, на пороге появились Сайел и Баюн.

— Всё ревешь? — неодобрительно скривился саламандр и сел рядом. — Какие новости?

Я хлопнула по коленям, и кот привычно взобрался на руки. И, обняв его, пересказала события сегодняшнего безумного дня.

— Зря он так сильно засветился, — резюмировал мой собеседник хмуро. — Нам нельзя участвовать в процессах. Большинство из нас тихо бомжует по подворотням или селится на хуторе в тайге. Мимо пройти — это не работать бок о бок.