— Разумеется, — пренебрежительно хмыкает она. — Именно поэтому каждое утро наша спальня превращается в пункт экстренной помощи.

— Это стандартная диагностика, — снова завожусь с пол-оборота, сильнее сжимая пальцы на ее плечах и рывком притягиваю строптивую стерву к себе.

Ее взгляд в зеркальной глади становится ледяным и отчужденным. Без сомнения, она чувствует мое возбуждение, но ответной реакции — ноль. Вместо этого Алатея убирает за ухо длинный белокурый локон и грациозным жестом поправляет изысканное колье с россыпью бриллиантов, при этом сверкающие тонкие браслеты на правом запястье издают мелодичный звон.

Получив неограниченный доступ к заказам в люксовых ювелирных бутиках, Тея проявила неожиданную сдержанность и подошла к выбору украшений с непревзойдённым вкусом. Она однозначно не из тех, кто, пользуясь открывшимися возможностями, скупает все без разбора, ориентируясь на один единственный критерий — заоблачный ценник.

— Чего ты добиваешься, Тея? — удерживая зрительный контакт, прямо спрашиваю я.

— Чтобы ты оставил меня в покое, — яростно шипит в ответ. — Напоминаю, мы заключили соглашение, Леон, и я выполняю все твои инструкции, но на мои истинные чувства и желания ты больше не имеешь влияния. Мне отвратительна роль резиновой куклы для удовлетворения твоей похоти.

— Раньше тебя все устраивало.

— Раньше я не знала, что ты трахал не меня, а свою драгоценную Эмили. Это, знаешь ли, здорово остужает пыл.

— Ждешь, что я стану убеждать, что все было не так? — скривив губы в ленивой усмешке, провожу кончиком носа по ее виску. Она каменеет, глядя на меня остекленевшим взглядом. — Я никогда не видел ее в тебе. Ты — моя жена и единственная женщина в нашей постели, — трогаю кончиком языка пульсирующую венку, накрывая горячими ладонями вздымающуюся грудь, искусно ласкаю сквозь ткань твердеющие соски.

— Мне не нужна ложь, — с приоткрытых губ срывается судорожный всхлип. — И ты мне не нужен…

— Хочу тебя, малыш, — жарко шепчу, толкаясь твердой эрекцией в ее поясницу. — Только тебя, моя обиженная ревнивая девочка, — обхватив упругие бедра, собираю пальцами атласный подол, оголяя стройные длинные ноги. Раскаленный член нетерпеливо дергается в свободных домашних брюках, требуя немедленно пометить непокорную самку. Задрав платье до талии, приспускаю резинку и, отодвинув полоску кружевных трусиков, плавно толкаюсь в горячее лоно. Замираю, наслаждаясь тем, какая она идеально влажная и божественно тугая. Жаркая пульсация ее внутренних мышц подстегивает животные инстинкты, заставляя двигаться резче и глубже, — Тебе нравится, лгунья, — уверенно ухмыляюсь, чувствуя, как обильно она течет на мой член.