Спасать маму уже поздно, но будь я проклята, если позволю погибнуть и Ксейдену.
«Скорбь иногда нужна» , — напомнила мне Андарна, когда я открыла дверь в квадрант целителей и вошла в многолюдный зал. Раненые в форме всех цветов лежали вдоль обеих сторон помещения, а в дверях и проходах между койками сновали целители.
«Если я буду рыдать над каждой утратой, у меня больше ни на что не останется времени» .
Это я уже успела усвоить за последние полтора года. Миновав несколько явно пьяных кадетов из пехоты, я пересекла импровизированную палату в поисках пятна тьмы. Эту часть квадранта атака обошла стороной, но и здесь воняло серой и гарью.
— Да запомнят твою мать! За генерала Сорренгейл, пламя Басгиата! — крикнул один из третьекурсников, и узел у меня в животе стянулся еще сильней. Поэтому я шла молча, стискивая зубы и не отвечая.
Свернув за угол, я заметила быстрое движение: темная клякса перетекла вдоль правой стены. Мое сердце екнуло — и затем тени ускользнули вниз по лестнице в допросную, вход в которую стерегли два хмельных охранника.
Проклятье. Обычно я любила оказываться правой, но сейчас надеялась ошибиться. Я мысленно потянулась к Ксейдену, однако наткнулась на глухую стену ледяного оникса.
Нужно пройти мимо охраны. Как бы поступила Мира?
«Она бы ни секунды не сомневалась и уже прикончила бы твоего лейтенанта , — ответила Андарна. —Твоя сестра сначала действует, а потом задает вопросы» .
«Ты сейчас совсем не помогаешь. Скорее наоборот» .
За ужином я съела немного, но сейчас даже эта малость грозила отправиться обратно. Андарна права. Мира убьет Ксейдена, если узнает, что онизменился , — убьет, не слушая никаких объяснений. Но вот уверенность, которой всегда славилась сестра, мне не помешает. Я собрала всю свою наглость в кулак, расправила плечи, вскинула подбородок и направилась к часовым. Про себя я молилась, чтобы выглядеть максимально властной и жесткой.
— Мне нужно поговорить с пленником.
Охранники переглянулись, потом высокий слева кашлянул.
— Генерал Мельгрен приказал никого не допускать.
— Скажите… — Я склонила голову набок и сложила руки на груди с таким уверенным видом, будто явилась сюда при всем своем вооружении или хотя бы в обуви. — Если бы человек, виновный в гибели вашей матери, находился в одном лестничном пролете от вас, что бы вы сделали?
Второй часовой опустил глаза и чуть повернул голову. Возле уха у него красовался сильный порез.
— Приказ… — начал высокий, бросив взгляд на мою растрепавшуюся со сна косу.
— Он заперт, — перебила я. — Я же прошу у вас не ключ, а всего лишь буквально пять минут смотреть сквозь пальцы на данное вам распоряжение. — Я многозначительно взглянула на связку на поясе охранника, заляпанном кровью. — Если бы это была ваша мать, если бы она отдала свою жизнь в защиту всего королевства, даю слово: я бы пошла вам навстречу.