— Это правда. — Наири достала из кармана своего балахона нефритовый камень и положила его рядом с тарелкой. — И это первая истинная мудрость, произнесенная здесь, что пробудило мой интерес. А теперь скажите мне, что вы думаете о нашем городе?
Мира покосилась на меня, и я поняла, что она хочет сказать.
«Моя очередь».
— С воздуха он выглядит идеально. — Я выпрямилась. — Он состоит из примерно одинаковых по площади районов, в каждом из которых есть центральное место для рынков и собраний.
— Идеально, — согласилась Рослин, катая свой нефритовый камень между пальцами.
— И жестоко, — произнесла я строгим тоном, каким мог бы гордиться Ксейден.
Он положил руку поверх моей, переплетя наши пальцы.
Рослин прекратила крутить камень и убрала руку на колени.
— Прошу, продолжайте.
В ее тоне было больше угрозы, чем просьбы.
— Вы снесли прежний город до основания, чтобы выстроить этот, не так ли?
— Мы улучшили нашу столицу, да. — Рослин прищурилась. — Все остальные города должны завершить реновацию к концу десятилетия.
— И при этом вы уничтожили историческую основу вашего города, дома, в которых ваши граждане жили поколениями. Да, теперь эстетично и эффективно, но в то же время демонстрирует вашу нетерпимость к вещам, которые не соответствуют вашему представлению о прекрасном. — Я с трудом сглотнула комок в горле. — Меня также смущает отсутствие у вас порта.
— Неразумно рисковать и отправляться в воды, если мы практически ничего не знаем о том, что таится в их глубинах, — ляпнул Фарис.
«Они… боятся воды?»
Рослин вскинула руку:
— И нам предполагается принять критику от группы, которая, похоже, не знает названия собственного континента?
Я глубоко вздохнула, потревожив пострадавшие ребра, а Ксейден сжал мою руку.Амаралис . Так нас назвали два других острова. Разумеется. Каждый из островов поклонялся одному из членов пантеона, и, хотя мы чтили их всех, одну мы ставили выше остальных.Амари .
— Согласно древним королевским архивам, он называется Амаралис, хотя, как я полагаю, в поромиэльских записях он записан как Амелекис. Единственное, в чем оба наших королевства когда-либо сошлись, — это называть материк Континентом после Великой войны, — произнес Аарик, наконец очистив тарелку и отложив приборы в сторону. — Довольно высокомерное решение с нашей стороны, словно бы за морем нет других материков, но нас так долго разрывала война, что уже сложно помыслить, будто когда-то мы были единым целым.
Твою ж мать, что еще скрывает Аарик?
— Ты весьма неразговорчив для человека, который явно знает столь много, — заметила Наири.