— И готовы повторить. — Ридок откинулся на спинку стула и забросил ноги на стол. — И опять, и опять.
Аэтос побагровел:
— Прошу прощения, кадет?
— Он сказал, что мы готовы повторить. — Я вскинула подбородок и заметила, как по каменному полу к Аэтосу ползут тени. — Мы принимаем решения всем отрядом. Мы принимаем наказания, какие пожелаете, всем отрядом. Но чего мы не потерпим, так это смерти гражданских, какое бы гражданство у них ни было. И пока вы не спросили — да, на это согласились все драконы и грифоны.
В глазах Аэтоса вспыхнула ненависть, и он быстро переключился на Бреннана:
— У тебя нет права здесь находиться, Айсрай. Это дело квадранта.
— Это Сорренгейл, — ответил Бреннан, не открывая глаз. — И даже если бы вторая статья четвертого раздела Кодекса Басгиата не давала целителям доступ во все части академии — а она дает, — я все равно не обязан перед вами отчитываться.
У меня встал ком в горле, когда я наконец заметила на его форме новенькую нашивку с именем.
— А кто отвечает за них? — Аэтос ткнул пальцем в близнецов. — Король Таури отказался повторно открывать наши границы.
Даже сейчас? Я с трудом удержала челюсть на месте. Да как это могло не войти в условия переговоров?
Уголок губ Аэтоса приподнялся, словно он почуял, что побеждает.
— Они вернутся домой. Немедленно.
Я развернулась к Ксейдену и обнаружила, что он наблюдает за мной. Я подняла брови, а он только вздохнул и словно нехотя повернул голову к Аэтосу:
— Пока мы завершаем переговоры и немного заняты, но уже сегодня днем подполковник Сорренгейл с радостью заберет мальчиков домой. — Марен охнула. — В Тиррендор, потому что теперь они тирские граждане.
— С каких это пор? — Аэтос напрягся всем телом, а жар у моего колена развеялся, и Бреннан оторвал от меня руки.
— С тех самых, когда я так сказал. — В ответе Ксейдена звучал непререкаемый ледяной авторитет.
— А. Понятно. — Если бы Аэтос мог покраснеть еще сильнее, он бы лопнул. — А я ожидаю, что по завершении переговоров вы и лейтенант Тэвис присоединитесь к Восточному крылу согласно приказу, чтобы не было необходимости напоминать: в квадранте не рады, когда офицеры действующей армии общаются с кадетами. Я исправляю халатность, благодаря которой у вас были привилегии этой осенью.
Нет. У меня упало сердце. Ксейдену не разрешат приходить и уходить когда вздумается, как было в Аретии, — значит, нас разлучат. И на границе всегда есть шанс, что ему придется выйти за пределы чар, где его доступ к магии уже не будет так ограничен.
— Сомневаюсь, что Сгаэль согласится, — предупредил Ксейден голосом, напомнившим мне, как легко он убивает врагов, которые встают у него на пути.