— Если верить карте, аэродром «Сессна» находится к юго-востоку от города, — сказал я, начиная снижение. — Будем искать, никаких радиоприводов уже не видно и не слышно, спасибо, что навигатор еще работает.
— А если бы не работал, как бы тогда добирались? — спросила она.
— Над дорогой. Здесь хайвей идет как раз от Хьюстона до Уичиты, над ним бы и летели.
Постепенно самолет опустился примерно до пятисот метров. С такой высоты разглядывать землю легко, да и приборы вели точно, разве что на экране не отображались теперь узенькие лучи, показывающие траекторию захода на посадку. Ну ничего, с этим мы справимся, у нас не лайнер с сотнями пассажиров, а простенькая такая винтовая тарахтелка, ее куда угодно посадить можно, хоть на дорогу.
— Вот он, — сказал я.
Довольно большой аэродром с длинными и широкими полосами. Много самолетов. Не сотни, но много. Длиннющий ряд ангаров, а за ним, сзади, огромный завод, окруженный, по американскому обычаю, нескончаемыми автостоянками.
— Как думаешь, там люди? — спросила Дрика, выглядывая в окно.
— Не знаю пока, — честно ответил я. — Сейчас снизимся и сделаем кружок. Если здесь есть те самолеты, которые нам нужны, — где они могут быть?
— А ты фото из журнала не запомнил? — удивилась она.
— В журнал вставляют любое фото, просто из архива. Это вовсе не значит, что для этой заметки они посылали фотографа в Уичиту, чтобы он сделал снимок.
— А-а… — протянула она, удивленная.
Ну да, газеты не врут — не умеют.
— Крутанемся, надо выбрать направление, да и вообще оглядеться, — сказал я. — Ищи скопления мертвецов и вообще все подозрительное.
Неожиданно радио разразилось целой речью:
— Вы вторглись в воздушное пространство базы ВВС Мак-Конелл. Повторяю, вы находитесь в воздушном пространстве базы ВВС Мак-Конелл. Назовите себя и цель полета.
Забавно, но голос звучал и решительно, и озадаченно одновременно. Похоже, что нас тут никто не ждал и как правильно реагировать — не знал. База не была «зоной без полетов», иначе не прилегала бы вплотную к публичному аэродрому, каким являлось поле «Сессны». Человек по ту сторону радио знал только одно: реагировать надо и импровизировал на ходу. Значит, и мы будем импровизировать:
— Это гражданская «сессна» Эн четыреста девяносто Ай-Эл, следуем из Хьюстона, Техас. Ищем посадки и, возможно, заправки.
— Сколько людей в самолете?
Голос изменился — похоже, что за микрофон взялся кто-то при власти и полномочиях.
— Двое гражданских.
Кто сейчас вообще «гражданский» и при чем тут это? А без разницы, для военного это все равно звучит мирно.