— Даже если древнее право требовало отдельного согласия?

— Мы считаем, что последующее отраслевое регулирование изменило форму такой поддержки.

Орен Тааль чуть повернул голову.

Я почти знала, что он думает.

Форма изменилась.

Право человека почему-то исчезло.

Потом встал Норн.

Он не смотрел на меня.

Обращался к коллегии.

— Я не стану утверждать, что программа была совершенна. Очевидно, что она создала последствия, которые сегодня требуют пересмотра. Но прошу суд оценивать решения в условиях времени, когда они принимались.

Он говорил спокойно.

— После крупных потерь империя столкнулась с нестабильностью ряда стратегических драконьих линий. Правящие дома обеспечивали оборону территорий, которую невозможно было заменить обычными войсками в короткий срок. Мы искали способы увеличить устойчивость ядер без опасных искусственных вмешательств.

Он сделал паузу.

— Супружеская жизненная поддержка не была создана нами. Мы использовали существующий механизм и встроили его в более широкую систему.

Летта спросила:

— Почему без отдельного согласия?

Норн посмотрел прямо.

— Потому что внутри стратегического брака существовала доктрина общего огненного контура. Мы исходили из того, что супруг, вступая в такой союз и принимая его специальные условия, соглашается на внутреннюю поддержку дома и ядра.

— Даже не зная, что поддержка измеряется годами его жизни?

— Здесь, как я уже сказал, система информирования была недостаточной.

Мериса встала.

— Недостаточной настолько, что моя доверительница не знала даже о существовании передачи.

Норн повернулся.

— Да.

— Вы присутствовали на заседании, где врачи предупредили, что после нескольких единиц увеличивается риск истощения доноров?

— Да.

— Вы знали, что полное информирование может привести к отказам?

Адвокат Норна поднялся.

— Вопрос затрагивает уголовную оценку намерения.

Летта подумала.

— Господин Норн может не отвечать в части, которая способна использоваться против него в уголовном процессе.

Норн мог отказаться.

Не отказался.

— Мы обсуждали такую вероятность.

— И программа продолжилась.

— Да.

— Почему?

Норн посмотрел на членов коллегии.

— Потому что риск для отдельных участников сравнивался с риском для региональной безопасности.

Мне захотелось вмешаться.

Не стала.

Мериса спросила:

— Кто давал вам право сравнивать жизненный срок человека с устойчивостью должности другого человека без участия владельца этого срока?

Адвокат снова поднялся.

Летта остановила его жестом.

Норн ответил сам:

— Мы считали, что такое право следует из специального положения стратегических драконьих союзов.