Короче, хуй с ним, – буду действовать по ситуации. Ситуация вывезет из любой передряги. В книге это бы, конечно, назвали "Роялем", но я не в книге, так что меня вывозит ситуация…

В небе что-то засияло.

Прикрыл глаза от слепящего света. По небу летел белоснежный единорог, а на нём сидел всадник: воин в золотых доспехах.

А вот и ситуация…

Опять же, если бы это была книга, то читатели, наверняка, сказали бы, что я совсем уже охуел от лени и даже не стараюсь придумывать хоть сколько-нибудь реалистичные сценарии спасения, но, как я уже говорил, я, блять, не в книге…

Единорог мягко приземлился неподалёку от меня. Всадник спешился. Его доспехи и, казалось, сама кожа сияли. Это был не человек, но ангел.

– Ебать мой хуй, – оценил меня взглядом он. – Роскошный китаец… Сегодня ты не умрёшь, потому что такое шикарное тело должно жить вечно…

Он принялся раздеваться.

– Слышь, ясноликий, – притормозил его я. – Ты это… понимаю, мысли у меня последнее время не особо натуральные, – но я не пидор. Если ты думаешь, что прилетел тут такой на лошади, наряженный, комплиментами меня обсыпал, и всё – я теперь тебя хуем угощу, то ты сильно ошибаешься. Так что давай-ка, одевайся обратно и уёбывай отсюда нахуй, пока я тебе твою лошадь в очко не запихал.

– Я лишь хочу отдать тебе свои доспехи, чтобы ты мог защититься от наступающих монстров. Господь любит тебя и не позволит погибнуть. Ни сейчас, ни когда-либо ещё…

Он снял броню и передал её мне.

Броня выглядела просто охуенно, и дважды меня просить её надеть, разумеется, не надо было.

Наряжаясь, я представлял, как охуеют козлоёблые, когда я вернусь в штаб в сияющих латах…

– Тебе понадобится и оружие, Прекрасный Чан.

В его руке из полыхнувшего синего пламени материализовался меч, пульсирующий энергией.

– Ну, теперь ты готов, – передав мне оружие, ангел посмотрел на меня с любовью. Не гейской, а скорее отеческой. – Когда устанешь драться, мой конь приведёт тебя к покою!

И… он радостно взорвался, забрызгав меня кровью и кишками.

Почему-то меня это даже не удивило. Вполне логичное завершение для подобной сцены, как мне кажется…

– Ну что, блять?! – яростно закричал я, крутясь вокруг себя и оглядывая толпу, подняв на изготовку меч. – Ща будет бойня, нахуй!

Взмах меча рассёк первых подобравшихся ко мне монстров напополам, словно они были сделаны из мягкого зефира. Меня снова обдало кровью.

Изображение мигнуло. В моих руках зажата арматура. У ног, рядом с моей бронёй, которую я почему-то с себя снял, лежит козлоёблый. Другие козлоёблые окружили меня, что-то говорят, уговаривают, успокаивают.