Глава А14. Смерть Чана
Не успел отойти от банды на две трети мёртвых невежд, как из-за угла выехала роскошная, запряжённая шестью лошадьми, карета. Карета из лакированного чёрного дерева, с резными золочёными узорами, фонарями в бронзовых клетках, колёсами, обитыми гравированной сталью. Кучер сидит в выёбистом костюмчике на выёбистом, обитом коричневой кожей, облучке; лошади причёсанные, намытые: половина белых, половина чёрных.
– Сэры полицейские! Сэры полицейские! Этот господин напал на нас! – закричал, выбегая на дорогу, выживший уёбок, тыча в меня пальцем.
– А ну стой! – остановил лошадей кучер и принялся хмуро разглядывать мужика в перепачканной кровью белой рубахе свободного кроя и сбившемся набок парике. Закончив хмуро разглядывать его, он принялся хмуро разглядывать и меня. Видимо, сделав какие-то выводы, он кивнул, словно бы сам себе, и постучал кулаком по крыше кареты.
– Александр Васильевич! – по-деловому позвал он. – У нас тут… ситуация…
Подоспели баба в пышном платье и мужик в чёрном фраке и цилиндре, которых я встретил чуть ранее.
– Боженьки святы! – заахал мужик в цилиндре, выпучив глаза на трупаков. – Пресвятые богородички! Что же тут приключилось? Душегубство??
– Арсений, спокойно! – строго притормозила его баба. – Александр Васильевич – глава городской службы безопасности, – он разберётся, а мы всё узнаем в газетах не позднее завтрашнего утра в более безопасной, домашней, обстановке. Пойдём…
– Но Алясочка… – заумолял "Цилиндр".
– Арсений, уходим! Обсудим это завтра, за утренним кофе!
– Алясофия Вячеславовна, но будьте душкой – тут такое событие случилось, и мы можем стать очевидцами его последствий…
– Арсений! Уходим сейчас же в дом, к сестре! Нас ждут к завтраку!
– Никто никуда не уходит! – пробасил толстожопый усатый мужик в костюме-тройке асфальтового цвета и таком же котелке, спускаясь из кареты. – Серафим сказал, что у нас тут имеет место быть ситуация… Так что сейчас все вместе будем разбираться…
Наконец он спустился. Следом за ним из кареты высыпались ещё трое в синей форме. В поясных кобурах из чёрной кожи у них отдыхали старинного вида чёрные револьверы. Походу это были мусора или младшие чины городской службы безопасности – как её назвала та баба…
Я хотел было съебаться, пока не началась жара, и даже уже развернул лыжи, но жирдяй заметил это:
– Извольте не двигаться с места, сударь! – рявкнул он, направляя в мою сторону свой властный палец. – Иначе мои ребята будут вынуждены пристрелить вас, как сознавшегося в преступлении и попытавшегося сбежать от правосудия лиходея…