Обернулся. Потом ещё обернулся. И ещё. Стал в панике вертеться по сторонам, словно мамаша в магазине, оторвавшаяся от разговора со встреченной подругой и обнаружившая пропажу ребёнка.

Рюкзака нигде не было.

Вот сука… Всегда знал, что капитан этот – злопамятная мразь. Я ему одолжение, сука, сделал, а он вот так со мной поступил, мелочно и подло: хавчик мой закрысил. А ещё офицер… Червяк, ты, блять, а не офицер. Из-за какой-то бабы друга своего пре…

Пришлось срочно выныривать из размышлений и возвращаться к реальности, потому что в ней происходило что-то странное…

Точнее не происходило, а слышалось.

Топот. Не человеческий: что-то здоровенное бежало по улицам и бежало явно куда-то в мою сторону…

Что это может быть? Топот уверенный, ритм стройный: поделка из шизиков так двигаться точно бы не смогла…

Огляделся вокруг: горящие бочки, разъёбанные дома: я явно в глючной реальности, а не в настоящей.

Или, может, они смешались? Может быть такое?

Кого я об этом спрашиваю, блять? Себя? Может, наверное, – хуй его знает. А может и не может…

Что это за говно тогда? Осьминог, про которого рассказывал франт? У осьминога разве есть ноги? Вроде да: осьминог – восемь ног, значит, у него восемь ног. Хотя… Нахуя осьминогу ноги под водой? Ходить по океанскому дну и пинать морских ежей? Нет, нет у осьминога никаких, блять, ног. У него типа щупальца: длинные хуёвины такие, с присосками, и хуёвины эти длинные совершенно точно вот так топать не могут. Это больше похоже…

На робота?

Да, есть что-то металлическое в этой поступи.

Значит, на меня бежит гигантский робот. Возможно ли такое? В принципе возможно – технологии МОИКА или Божьей Воли давно до этого дошли. Ангелы, Шаговые машины, хуй знает что ещё, короче, у них роботы точно есть…

Короче да, наверное, это шаговая машина.

Я немного подуспокоился. Бы. Если бы в следующий миг с дальнего перекрёстка не вырулил на мою улицу…

Здоровенный слон.

Но слон не простой: ноги обшиты металлическими листами, – получились типа жестяные сапоги, – хобот утыкан какими-то штырями, – отсюда не видно, что это, – а на боках висят люди.

Увидев меня, слон поднял хобот к небу и яростно загудел. Люди на его боках закричали, вторя ему.

Слон побежал на меня.

Я стоял на месте ещё недолго: только до тех пор, пока свет от горящей бочки, которую пробежал хоботастый, не осветил его: люди на боках держались за дыры в шкуре животного, из их порванных брюшин свисали кишки, уходящие куда-то в раны слона. Люди эти вооружены палками, утыканными гвоздями.

И вот теперь, увидев достаточно, я развернулся и побежал.