Но на месте безопасника, прежде чем устранить проблему, я бы глянула в кабину и убедилась, что всё в порядке и есть кому управлять самолётом. А иначе наручники, в которые мент облачил морально неустойчивого пилота, выглядели очень плохой идеей.

Хорошо хоть пистолет убрал в кобуру и, улыбаясь, расшаркался перед пассажирами, успокоив их таким образом. Герой, как никак, поймал хулигана. В XXI веке народ бы уже заглушил рёв двигателей бурными аплодисментами, а эти продолжали взирать на происходящее с философским спокойствием, но при этом подозрительно поглядывали друг на друга, словно подозревая в чём-то. И никому в голову не пришло задать вполне напрашивающийся вопрос: «А кто посадит самолёт на землю?».

«Мол, бандита скрутили, и всё в порядке? Летим ведь, не падаем!»

Я-то думала, это у меня единственной уши заложило при наборе высоты, а создавалось впечатление, что мне одной пришло в голову их прочистить, глотая слюну, а остальные так и сидели с бананами в ушах.

Но безопасника, вероятно, чему-то всё же учили на земле. Откинул занавесочку, явив народу бортпроводниц, столпившихся у буфета или чего-то, напоминающего его. Во всяком случае, на кухне у Бурундуковых стояла подобная мебель.

Дверь в кабину пилотов была открыта, или, вернее сказать, я видела проём, а вот самих дверей разглядеть не удалось. Либо они были нараспашку, либо совсем отсутствовали, что, учитывая менталитет местного населения, меня бы нисколько не удивило. Сама уже несколько раз слышала, что СССР — самое безопасное государство в мире, а в сёлах, говорили, даже двери без ключей. Никто не ворует, все процветают дружно и счастливо.

Особенно комсомольцы. Почувствовала на своей шкуре уже не один раз. Или это просто я такая везучая? Остальные ведь живут годами, не наживая неприятностей. Когда-то и мне такие способности пророчили, и ведь верила. А тут даже Люся была обычной девочкой и вела достойный образ жизни, пока я не появилась и не начала «лохматить бабушку».

Мент скрылся в проёме. Осталось только дождаться его возвращения и определить по бледному лицу, до какой степени мы забрались в цугцванг и есть ли у создавшегося положения второй выход.

Самолёт тряхнуло. Народ выдохнул с громким: «О-о-о». Да я и сама машинально сжала подлокотники. Тот момент, когда ты понимаешь, до какой степени ненавидишь ситуацию, которой не в состоянии управлять.

Как у дяди Коли, моего соседа, когда он, накатив литр водки, попытался сесть на велосипед. Вот пусть ему докажут те, что утверждают, мол, если научился, никогда не позабудешь. Дядя Коля проехал всего полтора метра до скамейки около подъезда и, не останавливаясь, взял её на таран. Скамейка, хоть и была старенькой и деревянной, железного двухколёсного монстра вместе с его управленческим аппаратом победила.